Девочка из странной квартиры

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск

На дворе стоял июнь, точнее его конец. Я даже не знал, радоваться мне или грустить. С одной стороны — летом нет необходимости ходить в эту проклятую клоаку, школу в которой я только недавно отбыл десятый год «счастливого» детства. С другой стороны, именно летом я, вроде бы, должен получать удовольствие от жизни. И внутри занозой сидело чувство, что ещё одно лето пройдёт зря, как и почти десяток предыдущих. Впрочем, конкретно этот день был лучше остальных. Во-первых, уже неделю дождило, и родственники не гнали меня на улицу «пойти погулять с друзьями». Во-вторых именно сегодня родители уезжали на какую-то праздничную попойку и вернуться собирались только утром, а значит, я всю ночь мог смотреть «Рыцаря в доспехах» по MTV. Правда его регулярно прерывали клипами, из-за который мне приходилось переключать канал — не хотелось смотреть на осколки того параллельного мира, который был так близко и всё же слишком далеко. Надо было только скачать ещё карт на второй Postal, чтобы было чем заняться завтра.

Просмотрел англоязычные форумы, быстро закачал файл и по очереди закрывал вкладки, проверяя — не забыл ли сохранить что-нибудь. На одной из них открыл мой фейк вконтакте — был нужен для школьного сайта, потом оставил — удобно скачивать музыку. В графе друзья значилось 0(1) — кто-то решил добавиться. Ну что ж, заняться всё равно нечем, я решил посмотреть, кто это. Какая-то девушка, Людмила. Судя по фото — немного младше меня. Что ей нужно от человека с пустой страницей? У меня были указанны только город и номер школы, больше ничего. Я принял предложение дружбы. Почти сразу же пришло сообщение — стандартное «как жизнь». Мне незачем было врать и я честно ответил, что хреново. Потянулась нить переписки, постепенно перераставшая в спор. Я убеждал её в том, что был бы несказанно рад не видеть больше никого и никогда. Она же писала, что нет ничего хуже полного одиночества, что когда оказываешься надолго один — ценным становится любой человек. Спор закончился тем, что она бросила мне «знаешь ли ты, что значит — семь лет разговаривать с тишиной?», и вышла из он-лайн. Я глубоко вздохнул, сходил на кухню выпить воды, и включил телевизор. Бравая команда гналась на какими-то похитителями органов, движение, яркие цвета, жизнь. Я совсем забыл о диалоге. Когда же, на рекламе, я зашёл в комнату — компьютер всё ещё был включён. Я машинально обновил страницу и увидел новое сообщение от неё. «Жду на садовой, возле дома № 20, через два часа. Если ты не придёшь — я пойму. Но пожалуйста — приходи». Сообщение было отправлено в 20:47, сейчас было уже 21:54. Значит у меня было где-то около 50 минут. Пойти? Сейчас? Я редко выходил даже в солнечную погоду, предпочитая крепче закрывать шторы, чтобы свет не бликовал монитор. И на это были причины — в нашем быдловатом посёлке городского типа можно было спокойно нарваться на компанию, которой «не хватает на пиво» или просто — надо «сдать за проход». И уж тем более я не хотел идти на садовую — тот район обходили даже урки. Но что то было в её этом «пожалуйста — приходи». К тому же — родители всё равно ушли. Мне понадобилось около 3 минут, чтобы найти на карте нужное место, ещё пять и я был на улице.

Серые улицы омывались редкой моросью, прохожих почти не было, а от что были я шарахался и обходил дворами. Вскоре я заплутал и начал потихоньку жалеть о том, что вокруг так мало людей — не у кого было спросить путь. Наручные часы показывали уже 23:02, когда я нашёл садовую 15. Собачий лай заставил меня остолбенеть от страха — я вспомнил, почему этот район считался неблагополучным. Секунда, и я рванул к подъезду. Лишь подбегая, я увидел что на двери кодовый замок. На всех! Этому было объяснение — гостям были не рады именно здесь. Животный страх заставил меня пулей преодолеть 30 метров до прохода, и немедленно шмыгнуть туда. Спрятаться и перевести дух мне удалось лишь за перевёрнутыми мусорными баками. Здесь, по этим улицам, бродило несколько стай жутких псов. Несколько лет назад где-то рядом был питомник. История его закрытия — повод для местных слухов и легенд. Рядом с ним стояла ещё сталинская пятиэтажка. Однажды, там произошёл страшный пожар, повлёкший за собой взрыв газа. Часть здания обвалилась и задела ограду питомника. Испуганные шумом звери разбежались, и очень скоро одичали. А сейчас они готовы были съесть меня! Но всё обошлось. Я встретил её.

Мы бродили среди луж до сумерек. Теперь она всё чаще задавала вопросы мне. Расспрашивала обо всякой ерунде, начиная составом класса, заканчивая «рыцарем в доспехах». И вот что мне показалось странным — некоторые вопросы она задавала по нескольку раз. Словно не запоминала ответ. Или, как я теперь понимаю, он ей и не был нужен — она просто хотела, чтобы я говорил. Вскоре девочка начала жаловаться, что ей ужасно жарко. При том, что я чуть не дрожал от холода и сырости, хотя был одет лучше её. Мы зашли в какой-то магазин, она встала под кондиционер, я взял нам двухлитрушку спрайта. Думал, ей станет от него прохладнее. Подумал взять мороженного, но опасаясь за её здоровье, не стал. Она очень не охотно отошла от кондиционера и сказала, что пойдёт домой — там мол есть хороший вентилятор. Я вряд ли бы стал навязываться к ней в гости, не такой я человек, но она предложила сама. Путь к её дому не занял много времени, и описывать его не имеет смысла, но упомяну лишь одну деталь — когда мы подходили к её дому, мне не понравилось, что он был как будто разукрашен кем-то. В нашем посёлке на некоторых домах цветным кирпичом выложены цитаты Ленина, или что-то вроде олимпийского мишки. Но тут было «разукрашено» пространство между окнами. Причём в темноте я никак не мог понять, что хотел изобразить художник.

Поднявшись по лестнице на второй этаж мы зашли в хорошо прибранную, но довольно таки странную квартиру. Странным было то, что всё казалось каким-то устаревшим здесь. Всю технику составляла газовая плита на кухне, вентилятор, радио на стене и морально устаревший телевизор «давео».

— Наконец-то, я так устала от жары — она включила вентилятор и встала поближе.

— У тебя хорошо ловит МТВ? — я щёлкнул пультом, но ничего не произошло.

— Что ловит? Я не смотрю телевизор — она подошла к подоконнику и налила воды в разноцветную вазу, где стояли веточки вербы.

— Может батарейки сели? — я подошёл поближе, и ясно увидел, в чём причина — штекер вылетел.

— Обычно она начинает цвести через неделю, плюс-минус два дня, а вот этого делать НЕ НАДО! — с этими словами она крепко схватила мою руку с вилкой, тянущей к розетке, — проводка неисправна и небезопасна.

— Хорошо, хорошо, я всё понял — я выронил штепсель, но она продолжала держать меня, словно боясь, что я убегу.

— Ты можешь кое-что сделать для меня? — её рука была горячей, словно кипяток.

— Конечно, всё что ты скажешь.

— Запомни меня. Запомни и вспоминай.

С этими словами она прижалась ко мне. Горячая, намного горячее, чем обычное человеческое тело. Моя голова закружилась, я осел на диван, обхватив голову руками. Боковым зрением я заметил, что она пошла в ванную. Минуты три я сидел неподвижно, потом встал, отхлебнул из бутылки и тихо её позвал. Никто не ответил. Я позвал снова, уже громче. Опять молчание. Тогда я уверенным шагом направился в ванную. Как ты догадался, анон, её там не было, хотя я мог поклясться — она зашла туда, и не выходила. Я осмотрел квартиру, выбежал на лестничную клетку, на улицу, проверил верхние этажи — её нигде не было. Вернувшись я обнаружил, что дверь захлопнулась — скорее всего, когда я выбегал. Минут десять я попробовал звонить и стучать — ответа не последовало. Квартира была пуста. Я устало поплёлся домой, не зная, какой сюрприз приготовила мне судьба. Когда я вернулся домой, было около часа ночи. Мои родители, как ни странно, были дома. Последовала длинная и очень интересная лекция о том, что ходить за покупками в такое время небезопасно (они подумали, что я вышел купить спрайта, лол). После этого я лёг спать, надеясь завтра снова связаться с ней.

Какого же было моё удивление, когда я узнал, что вконтактик не может открыть её страницу! «Пользователя не существует», или вроде того. При том, что в журнале сохранилась вся история посещений! У меня было много вопросов, но ответы я получил лишь через два дня, когда решился пойти к тому дому. Я думал, что постучусь, позвоню, буду ждать её под дверью, если надо — вынесу дверь, и заночую у неё дома — только понять, что случилось.

Однако всё это оказалось не нужно. Не нужно было даже заходить в подъезд. Я просто увидел, что эта была за «краска», которой было разукрашено здание. Копоть. Несмотря на то, что ей было уже много лет, она ещё явственно сохранилась на лице дома. Её чёрный след тянулся вверх от зловещих оконных проёмов. Тёмных дыр, через которые можно легко увидеть пустые, давно брошенные квартиры. Их хозяева либо бросили их при пожаре, либо остались там навсегда. Пройдя десяток метров я увидел то место, где мы разговаривали с нею вчера. Я даже увидел остов того дивана, на котором тогда сидел. Стена совсем не мешала мне его увидеть. Она, как и весь угол дома, была снесена на прочь — похоже, это был тот самый взрыв газа, о котором говорила вся округа.

См. также[править]

Текущий рейтинг: 85/100 (На основе 106 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать