Женя

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск

Эта странная история произошла со мной этой зимой, когда я возвращался в свой подмосковный город ночью, на последней электричке. Я выронил там карточку-билет, который незадолго до этого оплатил на три месяца вперёд. Деньги немалые и мне их было жалко, поэтому карточку пришлось вызволять. К поезду, стоящему в тупике, меня проводил милиционер, передал меня «на руки» машинисту и ушёл, а когда карточку нашли, возвращаться пришлось одному. Но не идти же по путям — можно нарваться на какой-нибудь залётный состав. Прямо напротив поезда в заборе вдоль путей отсутствовала секция, и я вышел через неё в город.

Можно было пойти к станции (до неё идти где-то с километр), а потом уже обычной дорогой до дома. Но идти так было страшновато — фонари освещали путь только фрагментами, к тому же впереди виднелись фигуры каких-то бомжей или прочих тёмных личностей. В принципе днём на этой «улице» таковые и тусовались, она была загажена и это было ещё одним аргументом не идти туда. Так что я решил идти напрямик и свернул в какой-то переулок, подходящий мне по направлению и довольно хорошо освещённый.

Хорошее освещение продлилось недолго — фонари вдруг разом погасли. У меня был свой фонарь, мощный светодиодник, так что я смело двинулся вперед, освещая им дорогу впереди. Смелость моя, правда, поубавилась от тёмных человеческих фигур, которые виднелись то здесь, то там, где по одиночке, а где группами. Как-то неожиданно много их было на совершенно тёмной улице. И странно неподвижно они стояли. Чего от них ждать, было непонятно, а благодаря фонарю, меня было видно отовсюду. Выключить фонарь? Я потеряюсь сразу, не видно ни зги. Так что я убрал яркость до минимума.

Направо был ещё один переулок. Я свернул в него, рассчитывая выйти на главную улицу нашего городка. Уж она железно будет освещена.А тут — ни одного фонаря, ни одного светящегося окна. И тишина. Пугающая тишина... И район совершенно незнакомый.

Чёрт... Забор. Тупик. Похоже, это не переулок, а отгороженная территория элитного дома. Хотя дом как-то на элитный не тянет, облезлая девятиэтажка. Но с одной стороны забор, с другой кусты какие-то. В общем, не пройти. Иду назад — опять какие-то кусты, теплотрасса какая-то. За ней, кажется, тоже забор... Кинулся туда-сюда — непонятно, замуровали, демоны. Как зашёл, не понимаю. Как-то паника какая-то подступила. Я её прогнал, стал обходить периметр вокруг дома, ища в нём проход. Не нашёл, вернулся в исходную точку.

Стою. Думаю, что делать. Во-первых, решил позвонить маме — чтобы не волновалась. Достал телефон из кармана — с опаской, мало ли какая гопота подойдёт. Вроде тех, силуэтов... Хотя тут я их ещё не видел.

Сети не было.

Я, прежде чем убрать телефон, походил туда-сюда, надеясь, что телефон поймает сигнал. Бесполезно. Ни одной «палки». И тут я увидел приближающийся ко мне силуэт. Спрятал телефон, вырубил фонарь, намечаю, куда скрываться. А бежать-то и некуда, за дом забегу — найти меня никаких проблем не составит. В кусты? Они непролазные совсем, только изорвусь и раздерусь весь. Присел... А она зовёт «Эй! Кто это здесь?» Девушка. Думаю — тоже заблудилась. Включил фонарь на полную — действительно, девушка, симпатичная такая.

— Тихо... Погаси фонарь, не светись. Как вы все сюда попадаете, а?

— Привет, — говорю, выключая фонарь. — Ты местная? Заблудился я. Как отсюда выйти?

— Пошли, — говорит. И за руку взяла. Рука такая тёплая, маленькая. Живая... Как-то сразу паника ушла — стыдно бояться перед девушкой. А она ведёт уверенно так, выбирая направление. А не видно ж ничего. Я хотел снова зажечь фонарь.

— Убери, — сказала девушка шёпотом. — И тише, не шуми — эти здесь повсюду.

Я говорю — тоже шёпотом — мол, да — видел уже каких-то специалистов по отжиманию телефонов.

— Если бы телефонов... Осторожнее, тут яма будет.

Когда тебя ведёт за руку девушка, невольно проникаешься к ней симпатией. Особенно когда у неё такая рука. Что-то в этой руке, в её тепле было... волшебное, что-ли?

— Тебя зовут-то как? — спросил я.

— Женей дома звали. А тут...

И замолчала. Тишина как-то зазвенела. И в ней шаги. Наши. И дыхание — тоже наше.

Шли так, молча, минуту, наверное. Я вдруг вспомнил... говорю ей:

— А ты знаешь, Жень... ты похожа на ветерка.

— Да... только ветерками вроде мальчики были, — сказала она с грустью.

— Ну почему же, вроде были и девочки. У тебя какая любимая книга у него?

— Да та же, что у тебя, наверное, — мне показалось, что Женя улыбнулась.

— Голубятня?

— Она...

Долго мы шли так через темноту, разговаривали о чём попало шёпотом. О книгах, о снах, о параллельных мирах и сверхновых звездах. Женя оказалась очень интересным собеседником — и с ней просто было хорошо. И она уверенно вела меня вперёд, хотя впереди ничего не было видно.

Наконец, я увидел огни, а потом знакомую освещённую улицу. В тусклом свете я разглядел Женино лицо. Кажется, глаза у неё были мокрыми. Мы остановились.

— Мне пора, — грустно сказала она. — А ты иди, тебя дома ждут. Найдёшь дорогу?

— Да, найду. Погоди... Давай не теряться. Как мне тебя найти?

— Эх, ничего ты не понял. Не надо тебе меня искать.

— Почему?

Внутри меня всё как-будто ухнуло вниз от странного предчувствия того, что я услышу.

— Понимаешь... Я бы с тобой пошла прямо сейчас. Но не могу. Ты вот сказал, что я похожа на ветерка. А я не похожа, а где-то так и есть. Я... как бы это сказать... теперь всегда буду жить здесь. Моя задача — выводить таких... заблудившихся. Знаешь, их много иногда бывает. По десятку в месяц. Это тех, кого получается вывести. А остальные... Видел силуэты?

— Да.

— Ну вот... Это те, что не вышли. Они перестают быть людьми, всё человеческое забывают. Если не попадутся — сразу. Те их просто высасывают. Друг друга иногда тоже. Остаётся оболочка одна — кожа, внутри иногда что-то от скелета. Одежда, вещи — их потом растаскивают. Зачем им вещи, непонятно, но они их складывают у себя. Живут в подвалах в основном, редко кто в квартиры поднимается.

— А ты?

— Я тоже заблудилась.

— А... как же?

— Ну вот... Как-то. Сопротивлялась изо всех сил. Пряталась. Получилось. Вот теперь и живу тут. Сейчас вот в том доме, где ты заблудился, живу. Наверху.

— Так значит можно остаться здесь человеком, не превратиться в одного из этих?

— Сложно. Многие пытались. Не вышло... Не надо, не думай об этом даже. Я вижу — тебе не хочется со мной расставаться. Мне — тоже. Но — надо. Иди.

— Погоди... Ты тут совсем одна?

— Да нет... Нас четверо. Было пятеро, один погиб.

— Кто они? Расскажи.

— Девушка такая же как я, моя подруга теперь. Аня. Мы одного года... И трое мальчишек. Уже двое... Кажется, детям легче остаться. Может, где-то есть ещё, другие. Вот так и живём. Вместе боремся, выводим тех, кто забрёл к нам. Они же из разных городов все забредают. Вот ты как сюда попал? Наверное, зашёл в незнакомый переулок и свет погас, да?

— Да. Я фонарик зажёг и пошёл, смотрю — силуэты... Побоялся, выключил. И заблудился.

— Ты заблудился, как погас свет. И оказался у нас. Ладно. Давай, иди на свет, выйдешь. Мне дальше нельзя.

— Можно тебя обнять? — спросил я. Хотелось оттянуть расставание...

— Да...

Женя обняла меня. Крепко прижалась. Тепло и доверчиво. Заговорила быстро, сбивчиво:

— Ты, может быть, мог бы остаться. Но не надо. Не рискуй. Скорее всего, не получится. А я... не смогу тебя... И у тебя мама, она не переживёт, если её сын пропадёт без вести. Отсюда не позвонишь, не напишешь. Только через кого-то из людей передать, но знаешь, как это ненадежно. И не узнаешь... У тебя всё хорошо будет, я знаю. Будешь меня вспоминать, как сон. А я тебя не забуду. Честно-честно. И за меня не бойся, я справлюсь. Иди вперёд, только не оборачивайся. Включи фонарь на всякий случай, тут можно.

Она отошла от меня, коснулась рукой моей щеки и... как-то сразу и незаметно исчезла из виду. Я остался один. Впереди была знакомая улица, угол ограды городского парка. Я включил фонарь и пошел вперёд. И когда вышел на свет, всё-таки оглянулся.

За спиной у меня были знакомые дома.


Текущий рейтинг: 85/100 (На основе 116 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать