Страдание

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск
Floppydisk.png
Эта история не редактировалась. Её орфография и пунктуация сохранены в своём первозданном виде.

Сомкнул веки, желая вновь погрузиться в себя. В темноту, разгоняемую лишь мутными воспоминаниями, не приносящими облегчения. Даже, если покой посещает только во сне, всё равно содрогаюсь от осознания, что прожитое постепенно забывается. Хотя, не особо и пытаюсь помешать новой жизни затмить старую.

Точнее позволяю происходящему увлечь за собой.

Когда стараюсь думать о прошлом, то разум, словно в насмешку показывает картины недавних событий, с каждым прикосновением теряющих чёткость. И от того они кажутся произошедшими невообразимо давно.

Вот снова вижу себя, стоящим на коленях в маленькой комнате общежития. Глаза с упоением наблюдают за неторопливо вытекающей струйкой тёмной крови из раны на левом запястье. Нож, которым порезал себя, лежит рядом. Острая грань сладостно поблёскивает в дневном свете, сочащемся сквозь мутное стекло.

Но нет, в этот момент жажду не смерти, - я слишком слаб для самоубийства.

Или слишком умён.

Усмехнулся.

Просто не хочу жить, как остальные люди.

Может оттого, что заслуживаю большего? Или оттого, что не сумел найти с людьми общего языка? И теперь окружающие сторонятся меня. Не понимают.

Никто.

В ответ плачу всем той же монетой: больше не стремлюсь к общению, предпочитая собственную кандидатуру. Теперь могу с уверенностью сказать, что я всегда был другим. И, конечно же, отличался от тупой безликой толпы, среди которой был вынужден находиться и влачить жалкое существование. Существование, оттого что жить в этом однообразном и сером мире невыносимо! Всё вокруг стало казаться отвратительным. Люди тоже.

А может, я и себе стал противен?..

Не удивляюсь тому, что сегодня вновь прогулял лекции в институте. Не только не было настроения куда-то идти, но и желания просматривать ещё один предсказуемый день. Да и к тому же скучно изучать то, к чему ты абсолютно потерял интерес.

Прикрыл глаза и провёл языком по пересохшим губам.

Как же сожалею, что оказался, рождён именно в этом мире. Именно в это время.

А разве в другое - стало бы легче?

Тяжело вздохнул, понимая, что действительно хочу покинуть опостылевшую реальность.

А может сбежать от проблем, с которыми не научился справляться?

И вот, стремлюсь туда, где меня ждёт счастливый и беззаботный мир.

Улыбка тронула обычно опущенные уголки губ.

Вспомнил, как однажды, теряясь в собственных размышлениях, и погружаясь, всё глубже в себя, отыскал нечто, изменившее всю мою жизнь и сумевшее вернуть надежду.

Мне удалось узреть Иной мир, который где-то существовал.

Или он сам явился мне, оттого что я в нём нуждался.

Этот мир оказался внутри меня. Вернее во мне был ключ к нему, заставивший устремиться на поиски двери. Но сначала надо найти к ней дорогу. Я знал, что отыщу её. Это оказалось не сложным. Достаточно было углубиться в себя, и разум сам устремлялся к желаемому. Вот только дверь открывалась, пропуская сознание, а мне хотелось оказаться там целиком. Увидеть весь мир, а не жалкие обрывки видений. Слишком мутных, нечётких и словно дразнящих.

Однажды ночью, между явью и сном, посчастливилось очень явственно ощутить чужую реальность. К ликованию, некто в той неизвестности меня тоже почувствовал. И он, или они заинтересовались мной. Не понял кто это, но в том, что у них есть разум не сомневался. Я мысленно пытался связаться с ними, но ничего не получалось - наша связь была слишком тонка. Зато теперь стал постоянно чувствовать их присутствие, незримые взгляды, не дающие думать ни о ком кроме них. А сосредоточиться настолько, чтобы говорить с ними, я не мог, и увидеть их тоже не получалось. Не знал даже возможно ли это! Такое положение дел ввергало в отчаянье. Выбраться из него помог случай.

Недавно нашу группу студентов настойчиво попросили опробовать себя в роли доноров, и я, нехотя, согласился. Когда из моей вены забирали кровь, неожиданно закружилась голова, и перед сознанием отчётливо встала картина из Иного мира. Того, в который я так жаждал попасть в надежде на лучшую жизнь!

Перед взором простирались несколько похожих на камень красноватых плит, возлежащих на чёрных колоннах. Понял, что это не постройка, не здание. Оно медленно поднималось, росло из мягкой тёмно-коричневой земли, напоминающей грязь. А может, это и не было землёй.

За колоннами что-то находилось, но не успел рассмотреть: запах нашатырного спирта не дал этого сделать.

Помню, что тогда очень обрадовался, оттого что нашёл способ видеть желаемое. А это значит, что ещё на шаг приблизился к мечте. И крови для неё жалеть не собирался.

Или дело было в состоянии организма, теряющего часть себя?

Тогда, стоя на коленях, и ощущая, как по коже руки скользит горячая струйка, я без труда приближался к полюбившемуся миру.

В тот момент, невольно подумал о том, что оставляю в этой реальности всё человеческое, несущее радость: общение, праздники, успехи, создание прекрасного и любовь, в которую не верил. И уже давно осознал, что всё это не для меня и успел отказаться. Или мне отказали…

Теперь не важно.

Да неужели я покидаю только хорошее?

Невольно представил серые будни, превратившиеся в череду механических движений, повторяющихся день за днём. Одно и тоже. Одно и тоже. Почти пытка…

Или причина в отсутствии цели?

Зато она есть теперь.

Вспомнил, как почитал вчера криминальные хроники в газете, которую взял с подоконника в коридоре, возвращаясь с учёбы. Такие новости не способны поднять настроение, а лишний раз наводят на мысль о том, сколько в этой реальности несправедливости, смертей, горя…

Нет, я ничего не терял.

Этот мир потерял меня…

Я увидел другой. Нечеловеческий.

Сознание зависло над серой улицей. Но нет, вокруг были не дома, а низкие изогнутые холмы телесного цвета, лабиринтом отходящие в стороны, пока их очертания не мутнели вдали. Видимость здесь была не больше ста метров. По поверхности гладких холмов текло вверх что-то чёрное, игнорируя законы физики и напоминая нефть. Или кровь. Под ногами, которых у меня здесь, к сожалению, не было, оказалась пятнистая извивающаяся земля. Местами - серая, местами - коричневая. Поднял взгляд вверх и увидел такую же землю, заменяющую небесный свод. Она располагалась довольно низко, и это создавало гнетущую атмосферу. Облаков здесь естественно не оказалось.

Кажется, кругом должно было быть темно, но тусклое зеленоватое свечение исходило из середины между верхом и низом и не создавало теней.

Тут на одном из холмов увидел желтоватое, словно кость, дерево, лишённое листьев. Или нечто напоминающее дерево, на заострённых сучьях которого были нанизаны человеческие головы, сочащиеся кровью. Содрогнулся, заметив, что они слегка подёргиваются, словно ещё живые.

От созерцания жуткого зрелища оторвало ощущение чужого присутствия.

Я больше не был здесь один.

Оглянувшись, увидел, как рядом взбухает земля. Что-то поднималось из глубины на поверхность. Во мне проснулся хищный ужас, желающий поглотить целиком. Впервые закралась мысль: «А так ли этот мир прекрасен, как себе вообразил?!».

Передо мной предстали нечеловеческие очертания нечто, покрытого вязкой землёй.

Сразу же из ближайшего холма поднялось ещё одно существо. И ещё одно, и ещё. Их уже было около десятка, и все незнакомцы оказались выше меня раза в три. Но мог и ошибиться - трудно судить о росте, когда сам не имеешь тела. Вдруг, несколько созданий медленно вылезли из земляного неба, поколебав уверенность в существовании верха и низа в этой реальности. Все они замерли вокруг меня, только земля на их телах лениво шевелилась. Я хоть и был здесь сознанием, но незнакомцы меня отчётливо видели. Или ощущали. А перемещаться у меня пока не получалось, лишая даже надежды на побег.

Но испытанный мною ужас быстро погасил шёпот созданий. Хоть я и не понимал их слов, а может, это были и не слова, но смысл становился ясен. Существа успокаивали меня и объясняли, что здесь не будет опасно. Я поверил им. Возможно, потому что хотел, чтобы так и было.

Помню удивление, оттого что не видел их тел, и моё чувство прозвучало для созданий вопросом, на который они ответили. Вернее я просто понял, что мне ещё рано узреть обличье чужаков. Ведь их вид способен нанести вред моему рассудку. Вред оттого, что я пока не способен думать, как жители Иного мира. Но они не против научить, когда я буду готов к учёбе.

Помню, что на страстное желание к ним присоединиться, существа позволили осознать, что через своё тело я не способен попасть в этот мир. Я нужен им здесь целиком. Ведь я ничто без своего тела и должен придти вместе с ним.

«Найди дорогу к нам, сумей измениться, и мы тебя примем, - понял я, - А люди тебе в этом помогут…» На этом связь с понравившимися чужаками прервалась, выкинув меня в надоевшую реальность.

Я чувствовал что слабею, теряя кровь, и страшась довести себя до потери сознания, я туго перебинтовал рану, приготовленным заранее бинтом. Боль от пореза потерялась в нахлынувшей радости от осознания, что скоро попаду в царство мечтаний! Я залюбовался собственной кровью у ног, вытекшей из раны в причудливый узор непонятных символов…

Ох, та моя радость… Насколько же она оказалась преждевременной! Но ведь как же, - я скоро попаду в тот неизвестный и привлекательный мир! Окажусь там, где меня ждут…

Ооочень скоро окажусь!

Так может я уже там?!

С тоской и злостью уставился в кирпичную стену, испачканную тёмными потёками, ощущая, как гнев проникает в мышцы.

Нет, к сожалению. Зато кажись, уже вечность торчу в этом опостылевшем мне подвале, в этом надоевшем полуразрушенном доме, в этом ненавистном до ужаса проклятом мире! И сколько ещё здесь пробуду, даже предположить не могу. А Наставники (это так существа сказали себя называть, пока я их сущности не познаю) постоянно твердят, что я не готов, что осталось чуть-чуть и врата их реальности распахнуться передо мной.

Но сколько мне ещё ждать?!..

Ох, кто бы знал, как же надоело находиться здесь…

Конечно, в подвале я уже успел немного обустроиться. Тут даже лучше, чем в комнатушке в общаге: не мешает никто. Но это же ведь всё равно не житьё. Я хочу большего! Положение изгоя абсолютно не устраивает. Я так и имя своё забуду…

Как же меня зовут?

На «Л» кажется… Или на «Н»?..

Вот уже и имя забыл.

Но на что оно мне теперь?

Усмехнулся, не сожалея.

Придут же на ум всякие глупости!

Неужели себя теперь прежним именем называть стал бы?!

Нет, конечно. Достаточно того, что я ощущаю себя, осознаю. Да и Наставникам, чтобы позвать меня - моё имя не нужно. Вот и выходит: ни к чему оно мне. Теперь-то уж точно.

Да вообще, сейчас на одном сосредоточиться надо: как поскорее из этого мира выход найти.

«Люди помогут» - сказали мне. Оттого что лишь суть человека способна открыть мне путь. Его страх. Его страдания.

Но вопрос в том, - какое количество людей нужно мне в помощь?

Для еды ведь немного, а вот, чтобы в Иную реальность перебраться - не знаю.

А самое нехорошее на свете - это неизвестность…

Обречённо выдохнул. Подошёл к большому прямоугольному зеркалу, висевшему на кирпичной стене, окинул взглядом тусклую поверхность треснувшего стекла.

Разве оно может послужить порталом в желаемый мир?

Нет, вряд ли. Глупо идти на поводу у надежды. Туда ведут иные дороги. Всё ещё недоступные моему телу.

Встал напротив старого зеркала, не всматриваясь в глубину, и прижался предплечьями к жёстким кирпичам по краям обгоревшей рамы, уткнулся лбом в холодное стекло.

Зачем вообще притащил его с соседней помойки? От этого зеркала не будет толка. Оно не способно принести радость.

Стекло быстро запотевало от дыхания.

Хорошо. Рассматривать себя желания не было. А то о еде сразу думать начну.

Закрыл глаза и припомнил, как всё начиналось.

Свою первую охоту на человека. Нож во вспотевшей ладони…

Конечно, первое убийство я совершить не смог. Духу не хватило.

Караулил прохожих всю ночь, но при виде одинокого путника, лишь замирал в тени.

Даже сейчас от такого слабоволия тошно делается.

Стыдно…

Разве я тогда меньше хотел в родной мир попасть?

Опять-таки случай выручил.

Подселили ко мне в комнатёнку соседа. Его Саней звали (надо же помню!). Ну, думаю, теперь вдвоём веселее будет. Может он тоже, как и я, другой мир увидеть сумеет. Вот и поделился с соседушкой мыслями. Но он даже пытаться не стал, и вечер закончился ссорой. Конечно, не каждому дано увидеть великое, а уж Сане и подавно! И ладно бы парень свои соображения при себе держал, так он на всю общагу слух пустил о том, что я псих ненормальный! Отныне при моём приближении студенты понимающе улыбались и пальцем у виска подкручивали.

Ну, кому такое отношение приятно будет?

Вот я и разозлился на соседа. Обиделся: язык всё же за зубами держать надо, а то мало ли что с ним случиться может…

Вот Саня этот, словно мысли мои, прочитав, на следующей неделе перебрался в другую комнату этажом выше. Начал говорить всем, что с помешанным жить невозможно, и что у меня глаза странные (точнее, они не отражают свет, словно затягивая всё увиденное в чернильную бездну зрачков). Последнее опровергать не стану, ведь после знакомства с таинственным миром выдержать мой взгляд не мог никто…

Но разве так, бывший сосед смог бы от меня убежать?

Нет, конечно.

Я начал следить за ним, лелея планы мести. Выучил маршруты, по которым передвигался обидчик и места, где он чаще бывает. Купил отличный и очень дорогой нож. Остро отточил его. Почти все деньги на него истратил. Но это того стоило - прекрасное оружие теперь навечно со мной!

Конечно же, я подумал о своём добром имени, которое марать не хотелось. Ведь в кончине Сани, наверняка, обвинят меня, - "психа ненормального". Поэтому я заранее написал предсмертную записку, в которой пообещал утопиться в реке, спрыгнув с моста за старой больницей. Описал в письме все тяготы своей несчастной жизни, да так убедительно, что после окончания повествования, даже прослезился от жалости к себе несчастному! И ещё, для большей достоверности своего суицида, в день свершения подвига, сбросил с моста в тёмную воду реки любимый чёрный кожаный плащ и ботинки, в которых обычно ходил: пусть все узнают, что я умер для этой реальности. Не забыв перед этим схоронить во внутреннем кармане одежды паспорт для лучшего опознания вещей. Ясно ведь, что в другом мире для подтверждения личности не нужны документы.

Короче, подготовился основательно.

Улыбнувшись, вспомнил, какое удовольствие доставляла слежка за моей первой жертвой! Это было почти охотой. Адреналиновой игрой, главное правило в которой - не допустить, что б тебя заметили. Это отлично получалось. Может, помогло то, что Наставники меня постоянно подбадривали.

Через несколько дней, когда слежка окончательно наскучила, я оставил на кровати прощальную записку. В последний раз заперев бывшую комнату и, с сожалением оставив стопки книг, покинул общежитие. А вместе с ним и весь человеческий мир. Так что печальное письмо в какой-то мере действительно оказалось предсмертным…

В ту памятную ночь, в предвкушении расправы, я почти не томился ожиданием. Подкарауливал намеченную жертву среди старых гаражей, когда она слегка подвыпивши, возвращалась из очередного похождения к любимой девушке.

Нельзя не заметить неосторожности бывшего соседа в выборе маршрута для ночных прогулок, ведь об этом месте без преувеличения можно сказать, что оно является самым безлюдным и зловещим на всю округу, и даже я там с недобрым замыслом чувствовал себя неуютно. А уж в роли обидчика я вообще поостерегся бы сокращать путь через опасные гаражи - я для этого не настолько смел или безрассуден. Но к счастью, я не был в его роли.

Поэтому, когда Саня поравнялся с тем местом, где я затаился, неожиданно вынырнул из темноты, и гневно налетев на обидчика, прижал его к покрытой трещинами кирпичной стене. Мои пальцы мёртвой хваткой сдавили твёрдую рукоятку ножа, которого он не заметил. «Ты…» - презрительно выдохнул Саня, ударившись о жёсткие ряды кирпичей, распознав, кто я. Невероятно, но он сумел рассмотреть меня, даже в неверных отсветах от далёкого фонаря! Это, да ещё презрение в его голосе на грани отвращения, на секунды поколебали мою решимость убить, ожидавшую от жертвы благоговейного ужаса, и заставили растеряться.

Что ж, первый шаг всегда труден. Он очень часто заставляет, бешено колотиться сердце, а руку дрогнуть…

В этот момент Саня смог бы освободиться, ударив меня, но, похоже, он не считал всегда тихого юношу опасным противником, и не желал замечать очевидной угрозы. А может, тому виной алкоголь… Но как бы то ни было, моё общество оказалось жертве противно, так же, как и мне моя нерешительность.

Саня раздражённо произнёс: «Отвали, надоедливый псих!». И этим сам того, не желая, вернул мне нужные душевные силы для окончания начатого. Ведь мне показалось, что сказанная, бывшим соседом фраза, подразумевала желание отогнать назойливого комара или муху. А сравнение себя с насекомым тут же всколыхнуло недавние обиды, и мгновенно перевело их в охватившую всё моё существо животную злобу.

Пренебрежительного отношения к себе, тем более в такой ситуации, я выдержать просто не мог и, чувствуя, лютую ярость, со всей силы вонзил хищное лезвие в низ живота своего ненавистного приятеля. Зло прошептал: «Я не сумасшедший!».

В этот миг встретился с ним взглядом. Но в не успевших ещё осознать боль глазах, даже сейчас не оказалось должного ко мне уважения. Зато в них появилось другое: подсознательный ужас скорой агонии и приближения смерти. Но всё это, в мгновение ока, сменилось на дикое безумие в расширяющихся зрачках, потому что моя первая жертва рассмотрела в моих довольных глазах нечто явившееся ей из Иного мира, и сведшее её с ума. Когда я с нечеловеческим рычанием рванул отточенный нож вверх, вспарывая обидчику брюхо, умирающий закричал не только от боли, но и оттого, что показалось ему в моём взгляде.

Его предсмертный вопль напугал, как призыв о помощи. Но я легко оборвал его, проткнув жертве правое лёгкое. Опасения оказались напрасными: никто не пришёл помешать моему торжеству.

Хищно улыбаясь, отступил на шаг и позволил почти лучшему другу с мучительным стоном сползти по стене на покрытую мусором землю.

Я был очень счастлив, оттого что он ещё жив и способен доставить мне удовольствие. Руки, моего любимца, инстинктивно пытались зажать края огромной раны, из которой нехотя выползали внутренности. Его распоротая рубашка быстро темнела от крови. В ноздри ударил парной запах плоти, заставив с наслаждением вздохнуть и ощутить, как по подбородку стекает слюна. В предвкушении облизнулся и присел на корточки перед умирающим телом. Голова добычи опустилась на грудь. С её губ сорвались красные капли. Нежно провёл левой ладонью по густым волосам жертвы и, сжав пальцы в кулак, резко запрокинул ей голову, причиняя новую боль.

«Помнишь, я тоже страдал от твоих глупых насмешек? Ты сам пожелал, что б я сделался психом и видишь, к чему иногда приводят слова… - сказал я тогда в лицо своему обидчику, сознавая, что вряд ли он понимает услышанное. - Но теперь мы можем простить друг друга, оттого что отныне мы квиты…»

Произнеся это, с жадностью провёл языком по его подбородку и губам, слизывая солоноватую кровь. Слышал хриплое булькающее дыхание первой жертвы, и оно казалось мне музыкой из желанной реальности.

Тогда впервые вкусил человеческой крови. Ощущая на языке её привкус, почувствовал, как по телу прокатываются согревающие волны тепла, наполняя тело странной силой, заставляя расти мышцы, делая сильнее физически. Это была своеобразная награда за верный шаг к Иному миру, который я теперь ощущал намного ближе и реальнее. Тогда, в порыве животного ликования, я вырвал у ещё не отдавшегося смерти человека глаза и язык, который при жизни произносил одни гадости.

Его стоны, пронизанные невыносимой мукой, будили во мне только дикое, хищное и безумное. В тот момент я абсолютно не чувствовал себя человеком, а кем-то превосходящим его. Изнутри поднялось что-то древнее, заставившее ощутить себя почти зверем. Это чувство теперь со мной навсегда. И не вижу смысла противиться ему.

Помню, что даже после кончины парня, продолжал рвать тёплый труп. С каким наслаждением я превращал остывающее тело почти в фарш! Отрывал кровавые куски мяса не только блестящим ножом, но и собственными ногтями и зубами.

Когда окончательно выбившись из сил, оставил мертвеца, тот походил на разделанную тушу на скотобойне. Отлично помню, что стоя там, почти весь был омыт свежей кровью, и только тогда осознал, насколько же я жесток и кровожаден! Пришло ощущение, будто долгое время болящий назревающий гнойник, наконец, прорвался. Вот только облегчение наступило ненадолго…

В завершение, когда заметил рядом торчащий из почвы железный прут, невольно вспомнил о костяном дереве из обожаемого мира. Недолго думая, отрезал у трупа голову и насадил на стержень. Полюбовавшись содеянным, испытал гордость за себя.

Наставники мной тоже гордились.

После совершённого, пришлось прятаться, ведь об ужасном убийстве трезвонили все местные газеты, а милиция задерживала всех подозрительных типов. Но по слухам преступника так и не нашли. Да даже, если бы осудили невиновного, мне стало бы безразлично, ведь проблемы этой реальности меня больше не трогают.

Убийств я, конечно, не прекратил. Но охотится, стал в основном на всякое отребье человеческого общества, благо времена для его умножения самые подходящие. К тому же и шансов меньше, что погибших хватятся. Да и трупы на виду после первого раза оставлять перестал. И вот теперь я - почти волк в больном стаде оленей, мечтающий стать собратом загадочной стае чужаков…

Я убил уже многих, но Иной мир не спешит распахивать передо мной приветливые створки дверей. Да, в мучительных стонах и стекленеющих глазах своих жертв я видел тени другой реальности, но не в силах был приблизить её.

Или дело в чём-то другом?

Если это так, то не получалось догадаться в чём именно. Сейчас я похож на жалкого котёнка, который ещё не прозрел и вынужден на ощупь искать мать, гонимый голодом. Вот только меня подгоняет неудовлетворённость положением. Я всё ещё не избавился от своих проблем. То же одиночество, те же страхи… И я пока человек! Во всяком случае, у меня до сих пор человеческая суть. Она заставляет страдать. От содеянного. Пребывание на этой земле превращает жизнь почти в ад, заставляя ещё сильнее желать недоступного рая…

С каждой прерванной человеческой жизнью, я безвозвратно меняю частицу души на что-то другое. Дикое. Страшное и непонятное, но отчего-то безумно притягательное, заставляющее одновременно содрогаться и ликовать. Порой кажется, что я убиваю собственную душу. Уничтожаю своё истинное «я». Не зря иногда представлял, убивая добычу, как острые лезвия перерезают и мою глотку, скребут по кости, и почти чувствовал свой предсмертный хрип, подзывающий смерть… Черту, которая отныне не пересечёт мою жизнь. Ведь я постепенно становлюсь, подвластен лишь законам (или хаосу?) Иного мира. Пока абсолютно непонятных.

Уверен, что теперь уже не тот человек, каким был раньше.

Постепенно забываю прошлое. Всё то, что было со мной до института, уже не помню. Даже свой дом и родителей.

Или не хочу вспоминать…

Кроме последних событий, связанных с призрачным миром, для меня осталось лишь настоящее. Да Иная реальность, скрытая будущим.

А может всё оттого, что я и раньше жил настоящим и будущим? И потому такая амнезия не вызывает у меня сожаления.

Плохо, что не удаётся избавиться от боли, терзавшей душу когда-то и заставившей изменить свою жизнь в надежде избавиться от неё. Но боль не ушла, а стала сильнее, намекая, что причина никуда не делась. С каждым днём окружающий мир становится всё ненавистнее, и я вымещаю злобу на людях, которая почему-то не становится меньше…

Может оттого, что я ненавижу себя?

И причина моих страданий во мне...

Но я же нравлюсь Наставникам! Они ждут меня. Значит, я нужен им. Тогда какая разница, как я к себе отношусь?

Но, лишь горечь всколыхнулась внутри, заставляя понять, что для меня это важно.

Так каким же стать, что бы себе понравиться?

Но я не знал.

Или нужно стараться для других?..

Какие глупости приходят на ум! Сейчас главное то, что обожаемая, и пока чужая реальность, очень приблизилась ко мне. Теперь, когда захочу, отчётливо вижу тот мир…

Только вижу, словно меня дразнят специально.

С обидой и раздражением шлёпнул ладонью по твёрдой стене.

Я способен видеть Иную реальность, почти как через стекло, но не имею возможности преодолеть преграду. А как это сделать до сих пор не догадываюсь. Да и мне не подсказывают, словно издеваясь. Или настолько важно самому ответить на этот вопрос?

Неосуществлённое желание, ставшее целью, почти постоянно рвёт и без того уже кровоточащую душу.

Как мне теперь быть, я абсолютно не знал. От пробудившегося отчаянья захотелось взвыть. Сдержался, сжав зубы, понимая, что я должен искать решение сам. В себе. Ведь только сквозь собственное сознание удалось открыть существование Иного мира. Но сосредоточиться с таким пониженным настроением не получалось. Может оттого, что не хотелось… Ничего не хотелось.

В сознание закралась апатия.

Зачем мне всё это?

Что я ищу?..

Не другую реальность, а своё место в мире. С этим - у меня ничего не вышло.

Но кто даст гарантию, что в Ином мире найду искомое?

Никто. Только сам. Ведь, по сути, я ищу самого себя. Пытаюсь познать собственную душу, разгадать причины своих желаний…

А что, если я не понял, чего действительно хочу?

От такой мысли становится не по себе. Даже зябко.

И, что тогда? Ведь время повернуть вспять для того, чтобы всё исправить, невозможно. А значит, пути назад к людям уже нет…

Ощутил страх из-за возможной ошибки…

Но я и не собираюсь возвращаться в свой прежний однотонный мир.

Вдруг, я просто не разглядел в нём цветов?..

Даже, если и так, теперь это не имеет никакого значения. Глупо сожалеть о прошлом, и о возвращении к бывшим соплеменникам. Я никогда не понимал людей и не доверял им. Сейчас уже не важно, что и они повинны в этом. Хуже того: людей я боялся, оттого что не ждал от них ничего хорошего.

Даже теперь мой страх никуда не делся, а лишь стал ярче и ощутимее. Поэтому нападаю на выбранных жертв из темноты углов, из засады не только потому, что так легче добиться успеха, но и из-за того, что опасаюсь своей добычи. Страшусь из охотника превратиться в дичь. И ненавижу людей за свой страх. Знаю: они сильнее меня, когда их много, а я совсем один, и оттого вынужден нападать лишь на отбившихся от стада. Как же ошибался, что получив силу, стану непобедим и избавлюсь от страхов… Да ещё один случай зародил во мне сомнения в том, а смогут ли мои незримые наблюдатели помочь своему избраннику, случись у него промах на охоте? Думаю, вряд ли.

Вспомнил, как один ненормальный всадил мне в грудь три пули из запоздало замеченного пистолета, прежде чем я свернул противнику шею. Теперь, почти чувствую, как кусочки металла под рёбрами обросла плоть. А раны от пуль и сейчас ещё иногда кровоточат, не смотря на то, что кости уже срослись. Их чёрные отверстия не собираются затянуться, словно желая остаться вечным напоминанием об ошибке...

Стало жутко, когда представил, что будет, если не смогу покинуть этот мир. Ведь мне тогда грозит вечность пробыть в изгнании, которое сам для себя и выбрал... Вечность, оттого что умереть уже не могу.

Да, пусть я не мертвец, и в моей груди бьётся сердце, а горячая кровь струиться по венам, но смерть оставила меня. Оттого что я сделал шаг из её владений и собираюсь покинуть их навсегда.

Если удастся…

Сейчас начинаю понимать, что есть вещи намного страшнее собственной кончины. Например, жизнь, которая лишена радости и пронизана насквозь ядовитыми иглами боли, которые превращают существование в почти беспросветную муку. Тяжесть отчаянья и безвыходности топят в крови страданий и без них разлагающуюся душу...

Возникает ощущение, словно твое сознание принадлежит мертвецу, который и не заметил, того, что уже умер…

Вновь невольно задумываюсь: «А правильный ли я избрал путь?»

Неужели, выбрал побег - самый неудачный способ избавиться от проблем, которые в итоге неизменно пришли следом?

Если я совершил ошибку, то расплата за неё несоразмерно велика…

В такие моменты душевная боль с лёгкостью затмевает телесную, которая уже давно стала нормой.

А может то, что я испытываю теперь - всего лишь плата, взимаемая Иным миром за раскрытие тайны его существования?

Или просто оттого, что убийца всегда несчастен?..

Я сипло вздохнул и сжал кулаки, чувствуя с каким-то зверским наслаждением, как крепкие заострённые ногти впиваются в мягкую плоть ладони.

Вдруг за спиной раздался жалобный стон, заставив поморщиться, словно от зубной боли. Терпеть не могу, когда что-то отвлекает от размышлений. Пусть даже и не очень весёлых. Нехотя оглянулся, лениво окинув взглядом, распростёртое на пропитанном кровью полу, тело.

К моей безвольной добыче возвращалось сознание.

Но это сейчас абсолютно не порадовало. Ведь с едой играть желания не было. Точнее настроения.

Человек вновь издал стон, который не только не пробудил во мне кровожадность, а наоборот, показался скучным и надоедливым. Отчего-то возникло ощущение, что всё это уже происходило, и не раз. И вот мне снова предлагают повторить пережитое. Чувствуя лишь слабое раздражение, хотел сказать своему пленнику: «Заткнись», но вместо слов из глотки вырвалось зловещее и хлюпающее рычание.

«Вот, что значит ни с кем не общаться, - горько усмехнулся про себя. - Так и говорить, вообще, разучиться можно». Хотя, если подумать, вести беседы всё равно не с кем, а Наставники мысли и так понимают.

Но человек к своему счастью, похоже, понял меня и затих.

Потеряв к нему интерес, вновь повернулся к мутному зеркалу, но навострил слух, готовый уловить возможное перемещение собственности.

Странно, но злиться совсем не хотелось. Ярость, заставлявшая оживать душу, уснула, оставив за место себя лишь огромную усталость. Я чувствовал, что духовные силы мои истощились.

«Так и в депрессию впасть не долго», - вздохнул. Вдруг в сознание закралась необычная мысль: «А есть ли тогда смысл причинять боль другим, если это не помогает заглушить собственную?»

«Заглушить - нет, - согласился с собой, - но вот забыть свои страдания - это да».

Жаль, что ненадолго. Но если так, то стоит ли убивать, если результат настолько непродолжителен, и залить чужой кровью собственные раны не выходит?..

Вдруг остро ощутил сквозь себя взгляд Наставников. Они вновь посетили моё сознание, желая подбодрить. Их присутствие стало почти осязаемым, обещая близкое счастье.

Существа советовали мне не отступать от выбранного пути и не поддаваться сомнениям, идя к своей цели. Их мысли шептали в сознании, что я единственный из своего племени, кто способен стать почти ровней Наставникам, возвыситься над себе подобными и обратиться в одного из Хозяев (хотя в голове отчего-то возникли образы тюремщика и палача). Будущие сородичи обещали наделить меня Потоком Энергий, если я оставлю ненужные мысли.

Они убеждали, что боль сомнений (или раскаяния?), терзающая мою душу и человеческие страхи преходящи. Они сейчас со мной, потому что моё сознание, да и сама суть изменяются. А когда ход моих мыслей станет, как у них, страдания покинут меня навеки, сменившись вечным наслаждением. Тогда мне откроются все тайны мироздания, и я обрету свою истинную сущность, но уже в Ином мире…

Обещания Наставников были сладостны, и я не мог им не поддаться.

Всего-то и надо, что позабыть сомнения… Но это не очень-то просто, когда твоя суть остаётся человеческой.

Тут почти кожей ощутил прикосновения существ. Они с нежностью оплетали моё сознание и тело прозрачной пеленой своих чувств, изгоняя отчаянье и давая нащупать в себе прежнюю кровожадную ярость; вселили надежду, дав осознать, что я близок к желаемому, как никогда раньше и то, что я совсем не одинок. В который раз, теряясь во мне, Наставники посоветовали всегда помнить о моей заслуженной награде за то, что мне удалось узреть нечто скрытое от глаз. И почти растаяв внутри, загадочные создания пожелали почаще обращать внимание на свое обличье.

Послушно отступил от зеркала и направил взор вглубь стекла, спокойно глядя на своё отражение. Но тут, неожиданно всколыхнулось сожаление о том, что я окончательно забыл черты своего прежнего лица. И виденное мной… существо, лишь телосложением напоминало человека.

Ночной подвал больше не таил для моих глаз темноты, позволяя рассмотреть себя в мельчайших подробностях.

В слепой надежде выбраться из собственного мира я изуродовал себя, пытаясь, как можно меньше походить на человека. Наставники только приветствовали это. Отныне, я не мог ни заболеть, ни умереть и поэтому безумной фантазии не было границ.

На голове остались нетронутыми только глаза с почерневшей радужной оболочкой, делающей взгляд ведущим в Иную реальность. Прежний их цвет я забыл, просто знал, что он был когда-то другим. Но сейчас это уже не имеет значения. Ничего не имеет значения. Только моя мечта, превращающаяся в реальность. В мою реальность.

Я смотрел вглубь ледяного стекла на своё тело, и захотелось рассмеяться от хищной радости, охватившей тело.

До чего же я себя довёл. Просто жуть!

Вырвал себе все волосы, отрезал ушные раковины, исцарапал, и местами содрал с лица кожу вместе с носом. Отчего оно стало походить на облезлый окровавленный череп. Живой череп.

Также я ободрал на теле кожу, где смог дотянуться, благо на пальцах уже выросли длинные когти. Но выбрасывать собственный покров стало жаль, и я сожрал его. Вспомнив это, невольно облизнулся, и подумал, что моё влажно блестящее нагое тело напоминает аппетитный кусок мяса.

Улыбнувшись, провёл ладонью левой руки по скользкой груди, слегка царапая когтями плоть…

Боль…

Конечно, я ощущал её, расставаясь с кожей. Даже сейчас продолжаю испытывать ее, словно само тело наказывает меня за содеянное. Но боль слаба. Или я просто привык к неприятному чувству.

Опустил левую руку, ощутив, как холодный стальной крюк коснулся бедра. Он плавно качнулся на блестящей цепи, обвивающей предплечье, основание которой намертво вросло в нижнюю часть плеча. Неплохое орудие, чтобы придушить добычу, или его можно использовать, как подсечку, а затем пронзить жертву острым железом. Перевёл взгляд на правую руку, опасно ощетинившуюся блестящими лезвиями. Изначально это были ножи, лишённые рукояток, которые поначалу мне приходилось вгонять в плоть предплечья и стягивать верёвкой. Но вскоре пластины металла срослись с костями и заметно удлинились, став со мной одним целым. Теперь пять стальных лезвий - грозное оружие. Меня больше не удивляет странная особенность организма принимать в себя чужеродные предметы, необходимые в охоте.

С наслаждением осматриваю себя, и взор скользнул ещё по одной цепи, охватывающей живот. Её ржавые звенья уже начала пропитывать плоть. Но на сей раз, я обмотался цепью не для нападения, а для защиты. Ведь мне, к сожалению, до сих пор неизвестно способна ли затянуться крупная рана, оттого что мелкие порезы изменяющееся тело оставляет на память, словно в насмешку над моим несовершенством. Точно знаю лишь то, что регенерация захватывает кости, а серьёзных ран получать не доводилось, чтобы проверить, как на это отреагирует организм. Поэтому нет желания, чтобы мне однажды выпустили кишки, притом ещё неизвестно способна ли зажить такая рана.

Опустил взгляд на ноги по колено обмотанные тряпьём для предохранения мягкой плоти от травм. Материя уже успела настолько пропитаться кровью, как моей собственной, так и жертв, что стала почти неотличима от тёмно- красной плоти, заменяющей содранную кожу.

Смотрел на необычное создание раньше бывшее человеком - мной. И любовался выросшими из верхней части плеч и спины костяными шипами. Но это уже не моё творение. Это подарок Наставников за то, что я сделал с собой. Точнее за ещё один правильный шаг к нашему с ними миру.

Поправил на шее чёрный ошейник с шипами, который снял вчера со своей добычи, заметив, что он неплохо сочетается с цветом моих глаз. И усмехнулся этому. Тут понял, что одна часть меня гордиться новым обличьем, который явно походит на созданий из Иного мира, потому что я нравлюсь им таким. А другой части сознания - эта внешность противна и омерзительна. Она продолжает тосковать по прежнему позабытому облику, причиняя мне душевные муки. Влажные кровоточащие бугры мышц напоминают моей человеческой сути изувеченный труп…

Мой труп, ведь я сам захотел умереть для окружающей реальности. И это у меня отлично получилось. Вот только жить почти мертвецом в умершем для меня мире невыносимо…

Невольно покосился на своё мягкое, уютное ложе, устланное разлагающимися телами замученных жертв. Подумал: «А чем же я сейчас сам отличаюсь от них?».

Неужели лишь тем, что дышу и способен мыслить?..

Но этого вполне достаточно, для того чтобы из человека превратиться… в чудовище. Которое я сам из себя и сделал.

И кто я теперь?

Кровожадная тварь… Убийца… Больше не человек…

Неужели я жалею, что это так?! Разве ни этого я хотел? Почему я теперь испытываю раскаяние, а не радость, идя к своей цели? Я же не мог ошибиться, избирая жизненный путь?.. Но что, если на самом деле мне не хватает этой реальности, чего-то человеческого, а не иного?.. Если это так, то, избрав противоположное, и навечно отрезав себя от этого мира, я обреку себя на нескончаемые страдания… Точнее уже обрёк… Но именно свою человеческую часть. Ведь другую, дикую и жестокую, неудержимо влечёт другая реальность, и сладостные обещания Наставников… Так чего я действительно жажду? Какой же мир нужен мне - тот, Иной, или который здесь окружает меня?.. А если дело вовсе не в мирах, а в том, что они могут дать? Так чего я хочу получить от них?.. Чего?..

Не Силы, нет, ведь я уже обладаю её частью, но долгожданного счастья это не принесло. Может, мне просто мало? Нет, нет, здесь что-то другое… Что-то чего у меня давно уже не было… Может, любви?..

Даже усмехнулся от такой банальности. Но смешок отчего-то получился не очень весёлым. Точнее совсем не весёлым. Оттого что нечто в душе подтверждало страшную догадку. Страшную оттого, что я слишком поздно разобрался в себе. Да, я действительно хотел, чтобы меня любили. И сам был не против ответить взаимностью…

Но только любить меня теперь больше некому. С тоской и разочарованием посмотрел на своё отражение, в котором стояло чудовище. Кто же теперь полюбит такое?! Тут с обречённостью понял, что и себя-то всё это время я ненавидел…

Что я наделал?! Зачем совершил непоправимое?!

Ведь отныне у меня нет даже шанса кому-то понравиться…

В отчаянии, сознавая, что моя совесть станет вечно терзать душу, а сожаление лишит покоя, полоснул острыми лезвиями по мутной глади зеркала, разбивая с печальным звоном своё отражение на множество осколков. Когда они затихли на полу, я понял, что моё обличье никуда не делось. Оно навечно со мной. Как и душевная боль, которая никогда не сможет стать нормой…

Я горестно взвыл, запрокинув голову, понимая, что сам лишил себя счастья. А мой крик не принадлежал человеку и был жутким воем чудовища, от которого я и сам содрогнулся. Понял, что такой вопль не способен вызвать так нужного мне сочувствия у других, а лишь страх…

Полный скорби по загубленной жизни, рухнул на колени. Стальные ножи обречённо звякнули об пол. Опустил голову.

Значит, я всё же ошибся в желаниях. Обманул сам себя. Вот только исправить содеянное теперь невозможно. Неужели мне предстоит вечность раскаяния?..

Нет. Это выше всех моих сил.

И что же делать?..

Но ответ не приходил. Внутри расползлась пустота. Похоже, мой вопль унёс с собой последние душевные силы, наградив удручённостью…

Тут откуда-то издалека донёсся шорох и сдавленный стон, возвращая в полумрак подвала. Нехотя посмотрел на человека, который пытался отползти от меня. Вдруг впервые стало абсолютно наплевать на то, что добыча может сбежать от охотника. Но, сделав попытку сесть, жертва застонала и завалилась набок, прижимая к ране на виске левую руку.

«Хорошо выходит, я её головой об стену приложил», - равнодушно отметил, понимая, что у человека не хватит сил, чтобы покинуть моё временное место обитания.

Вид крови и беспомощность добычи не пробудили во мне звериного чувства. Может оттого, что я не был зверем? Но ведь я и не человек. Больше не человек…

А как же моя страстная тяга к Иному миру?

Или на самом деле я так жаждал любви?..

Вернее не найдя желаемого в этом мире, решил податься в другой, который абсолютно не знал, слепо надеясь, что там обрету искомое. А это глупо, оттого что в своём мире я даже и не стремился общаться с товарищами, потому что не верил, что меня способны полюбить и сам отказал себе в желаемом, забылся теперь ненужными увлечениями. Может, потому теперь я и упиваюсь убийствами, одновременно отвлекаясь от своих раздумий и мстя миру за то, что он не дал мне любви. Но это не так! Причина всегда была во мне. В моих комплексах, замкнутости, в том, что глядел на мир в чёрных очках, которые теперь срослись с глазами. Я видел только плохое, и оттого мне было тяжело жить. Это в итоге привело к депрессии, столкнувшей в безумие…

С сожалением вздохнул.

Последнее время я считал, что заслуживаю большего, и ставил себя выше других, но на самом деле я желал того же чего и все люди - любви и понимания…

Так насколько же я ещё человек…

Выходит, во мне пока осталось что-то хорошее?

И тут я вспомнил…

Всё вспомнил. И каким красивым я был, и как хорошо учился, и какие подавал надежды… Ну, почему тогда я этого не замечал? Слишком завысил планку? Очень строго относился к себе?..

Даже вспомнил детство (удивительно, что был когда-то ребёнком), своих родителей. Ведь они любили меня… А я получается, их бросил. Всех бросил. Весь прежний свой мир. И тут почувствовал, насколько же я до сих пор остаюсь его частью… И вот он отплатил мне за предательство. Ох, как отплатил… Вечной болью из-за того, что отныне не смогу вернуться в свой прежний дом. Разве что в мыслях…

С горечью сейчас понял, каким же бессердечным эгоистом был всё это время… Но исправить содеянное уже невозможно. Ход времени необратим…

С грустью посмотрел на свои руки, лишённые кожи, на пальцы, оканчивающиеся удлинёнными светлыми когтями, словно лаком покрытые высохшей темной кровью. Не моей кровью.

Во что же я превратил себя…

И отчего-то именно сейчас вспомнил своё имя.

Меня зовут Артём. Точнее звали…

Ведь больше никто не назовёт меня так.

Потому это имя принадлежит тому… человеку, которым я когда-то был. Но тот парень утонул в реке за старой больницей…

И мне искренне жаль его…

А я сейчас стал другим. Лишь воспоминания роднят меня с прошлым.

С его прошлым… Но я не стану возвращаться к ним, оттого что для меня это слишком больно. Вновь забвение поглотит мои воспоминания - единственное, что связывает меня с человеческим миром, и вернёт, отбившегося от стаи на путь к Иному миру, куда он до сих пор стремился попасть. Там ему дадут шанс начать новую жизнь. Может, он даже получит желаемое…

Я стану верить в это. Не зря ведь говорят, что надежда умирает последней. Правда в моём случае она не умрёт никогда.

Усмехнулся.

Вдруг вновь почувствовал в себе Наставников. Они снова были со мной! Очень обрадовался их присутствию. Понял сейчас, что эти существа единственное, что у меня осталось. Они добры ко мне и с удовольствием примут к себе. Чувствую - это так. И я сделаю всё, чтобы оправдать доверие Наставников! Они ждут меня в своём мире, и теперь я готов принять его, оттого что моей реальности у меня больше нет. И никогда не будет.

Втянул в легкие затхлый воздух и запрокинул голову, опустив веки. Медленно выдохнул.

Хорошо, что мне теперь есть хоть куда-то идти. Хоть к чему-то стремиться.

Особенно когда пути назад нет и дорога ведёт лишь вперёд. А остаться на месте не смогу.

Значит, только вперёд.

Тут, на удивление, ощутил спокойствие, словно наконец-то принял верное и долгожданное решение всех проблем. Душевная боль оставила меня. А может ещё и потому, что уже успела выжечь изнутри. Вернее я сам сжёг себя дотла.

Но пепелище всегда расчищает место для новых всходов.

И теперь призраки Иной реальности наконец-то обрели плоть.

Ясно понял, что мне нужно, чтобы окончательно покинуть этот мир. В чём истинный смысл последнего шага. Всё просто - он в забвении. Я должен отпустить в себе человека, того парня, который всегда желал большего… Даже не смотря на то, что я родился из него.

Тут почувствовал, как Наставники шепчут о том, что я прав, что наконец-то нашёл разгадку. Теперь они мысленно будут постоянно со мной, научат меня думать по-своему, и совсем скоро заберут к себе.

Улыбнулся.

Меня вскоре примет мой будущий мир. Это согрело долгожданным теплом исстрадавшуюся душу.

Вдруг ощутил, как в основании черепа зарождается теплота, даже жар и горячей волной струится по позвонкам, заставляя выгнуть спину и опереться левой ладонью о каменный пол. Шумно выдохнул, чувствуя, как почти обжигающее тепло сбегает вниз по позвоночнику. Показалось, что он начал удлиняться, возникло ощущение, что я стал длиннее. Оглянулся через плечо и с удивлением обнаружил, что теперь у меня вырос хвост. Пошевелил им, пробуя необычные ощущения от новой конечности и чувствуя ей шероховатый пол.

Ничего, скоро привыкну.

А тепло тем временем, добежав до кончика хвоста, бесследно испарилось. Точнее до кончика острого костяного шипа, которым он оканчивается. Выросший метров до трёх хвост отлично сочетался с телом. Он оказался начисто лишён кожи и между красноватых полос мышц, белели сухожилия и позвонки.

Даже не удивился тому, что и без кожного покрова сохраняется осязание.

Выходит, я действительно стал иным.

А хвост - это очередная награда за верный шаг к вратам неизвестной реальности, которую я чувствовал, как никогда близко.

Интересно, на кого я сейчас стал похож?

Вот действительно напрасно зеркало разбил! Неужели, никого подходящего под рукой не оказалось, чтобы на него свою злобу выплеснуть?! А, ладно, в следующий раз умнее буду.

Поднялся и ещё раз осмотрел себя.

И чем же меня обличье не устраивает?

Оно у меня одно, другого не будет. Каким бы ни было моё тело, я должен принять его таким, какое оно есть. Ведь я сам сотворил эту внешность.

Всё-таки она мне нравится. А хвост, так и вообще прекрасен!

Умеют же Наставники порадовать и вернуть интерес к охоте.

Сегодняшнего подарка мне, наверное, и не хватало всё это время.

Длинный шип на конце очень пригодится, если мне кого-нибудь проткнуть захочется. Тут спохватился, что хвостом убивать ещё никого не приходилось, и только потому, что у меня, его не было. Какая досада! Исправить её просто необходимо. Главное есть на ком проверить, чем я орудую лучше: ножами или хвостом.

Повернулся к пойманному человеку, который бесполезно пытался отползти. Остатки губ растянулись в довольной ухмылке, обнажая жёлтые заострённые зубы. Этому несчастному не дано познать радости вернувшегося к жизни мертвеца, ощутить мою Силу. Мою новую жизнь!

Я посмотрел в его посеревшее лицо, видя, как по нему расползается неистовый ужас, готовый сорваться с окровавленных губ предсмертным криком. Но сомневаюсь, что это успеет произойти.

Длинный хвост взметнулся, очертив дугу, задел стену, выбив кирпичную крошку. Его острый шип нацелился в глаз добычи, а острые лезвия на правой руке, безжалостно сверкнув в лучах тусклой луны, устремились к сердцу обречённого, готовясь с наслаждением пронзить его нежную плоть.

Интересно, отчего он умрёт быстрее?..

© Люцента


См. также[править]



Текущий рейтинг: 62/100 (На основе 18 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать