Пляска чертей

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск

С Гырой и с его «пером», подаренным ему старшим братом, городским фэзэошником, связана ещё одна мистическая история, оставшаяся у меня в памяти от нашего языческого детства.

Все мы слышали не раз, что стремительные пыльные вихри, встающие столбом при казалось бы тихой, почти безветренной погоде, — это не что иное, как пляска чертей, невидимых человеческому глазу. Суеверные люди рассказывали также, что если догнать крутящийся волчком вихрь и запустить нож в его середину, в самый «глаз» этого воздушного коловращения, то на ноже непременно останется капелька крови. Только вот проверить, так ли это, никто из нас не решался. Страшновато было поднимать руку на нечистую силу, которая, как известно, склонна к коварной мести. Все мы бегали за вихрями, особенно — за летними, чёрными, бывало и догоняли их, ступали ногой в самую сердцевину воронки, испытывая и страх, и одновременно ликование от собственной храбрости, кружились, танцевали в вихревой карусели вместе с чертями, однако чтобы бросить нож…

Но бесстрашный Гыра решился однажды и на это. Июньским деньком, в ту прекрасную пору, когда в поле и в лесу поднимается, как на опаре, первая, самая яркая и самая вкусная зелень, когда по небу плывут самые лёгкие, по-лебединому белые облака, сияюще-светлые, точно бы подсвеченные изнутри, когда ещё не испарилось в душе первое ощущение сладостной вольницы летних каникул, шли мы ребячьей ватагой из недальнего Арсина лога прямо по паровой пахоте, босиком, неся в руках по целому беремени кислицы и пучек-борщевиков. День был сиятельно-ярким, со свежим июньским ветерком. Он набегал порывами, и тогда по пашне начинали кружить высокие бегучие вихри, особенно частые и стремительные именно в эту чудную пору. Босые ноги наши вязли в мягкой прохладе парового поля, ноши были довольно тяжелы, и поэтому, против обыкновения, никто из нас не гонялся за вихрями. Мы просто наблюдали за ними, вдруг выраставшими на воронёной земле там и сям и то кружившими на месте, то бежавшими друг за другом к самому горизонту, а то сходившимися почти вплотную и вдруг исчезавшими, точно поглощавшими друг друга.

— Видите, черти пляшут, радуются? У них, наверное, тоже начались каникулы, — сострил Гыра.

Но вот один вихрь, родившийся где-то за нашими спинами, особенно мощный и чёрный, стал догонять нас, завинчиваясь всё круче и поднимаясь всё выше к небу своей разлатой, как у кедра, макушкой. Мы остановились и стали молча наблюдать за ним. Вихревой столб тоже остановился и начал кружиться на месте с такой силой, что даже прихватил, затянув в своё чёртово колесо, несколько комочков земли и обронённые нами листья пучек. Слышно было шуршание этой ветровой мельницы. Стоило нам снова пойти вперёд, как чёрный куст вихря тоже сдвинулся с места и пошёл по нашим следам, а потом чуть отступил в сторону и быстро стал догонять нас.

Вот тут-то Гыра Кистин не выдержал. Он вынул из-за пояса своё знаменитое «перо» в наборной ручкой, которым недавно резал хрусткие дудки борщевиков, бросил свою ношу на пахоту и ринулся наперерез вихрю. Вихрь, словно заметив его и готовясь к защите, снова остановился, сердито зашипел, пританцовывая на месте, но едва Гыра приблизился к нему, он прыгнул в одну, потом в другую сторону, затем снова замешкал, крутя свою воронку.

И в этот момент Гыра размахнулся и всадил свой нож прямо в основание гигантского чёрного бурава, сверлившего пашню. Вихрь, точно ужаленный, вздрогнул, подпрыгнул, покачнулся, как юла с ослабевающим заводом, налево, потом направо, но затем выпрямился, потянулся к небу корабельной сосной и понёсся, понёсся по паханому полю, всё развивая скорость, к дороге, к лесу, к горизонту. И вскоре скрылся из виду.

Мы все наблюдали за ним, как заколдованные. Даже Гыра забыл про своё «перо», стоял вытянувшись, будто суслик у норы, и не двигаясь следил за уносившимся вдаль вихревым столбом. И только когда вихрь исчез за горизонтом, точно бы растаял в голубовато-серебристом воздухе, Гыра очнулся, бросился к ножу, выдернул его из земли, поднял над головой и вдруг заорал на всю окрестность:

— Кровь! Чёртова кровь!

Мы, ошарашенные этим известием, метнулись навстречу Гыре, подбежали к нему и стали, отталкивая друг дружку, разглядывать лезвие ножа со следами чёртовой крови.

— Где? Не вижу, покажи! — кричали ребятишки в нетерпении.

Когда я протиснулся между чьим-то плечом и снопом пахучих борщевиков и взглянул на обоюдоострое лезвие, то тоже, к своему разочарованию, не увидел никакой крови. Лезвие было чистое, блестящее, и только на одном скосе, недалеко от узкого, полого сточенного конца, заметно было рыжее пятнышко, похожее не то на ржавчину, не то на красноватую глину.

— Вот она, вот, видишь, запеклась? — показывал Гыра именно на это пятнышко, поднося нож то к одному из нас, то к другому.

— Да это не кровь, это красная глина, ты зацепил её под вспаханным слоем, — огласил я свою догадку.

— Сам ты глина! — фыркнул Гыра. — Не ты ли, глиняный мужичок, деда с бабкой слопал? Уж глину-то любой дурак отличит…

— Глина не глина, но и на кровь не похожа, — рассудительно сказал долговязый Толька Закутилин. — Разве что — на засохлую… А может, твоим «пером» мать курицу резала?

— Хэх, кю-урицу! — саркастически протянул Гыра. — Надо ж понимать, что это кровь не человеческая, не баранья и не птичья, а чер-то-ва. Она особая. Серо-буро-малиновая с охринкой. И сразу запекается, ясно?

Долго спорили мы, разглядывая бурое пятнышко на кончике ножа, но так и не пришли к общему согласию. В конце концов Гыра вытер своё «перо» об штанину и подал его нам на вытянутой руке:

— Хотите — верьте, хотите — проверьте. Вихрей вон много по пашне гуляет.

Однако охотников повторить Гырин опыт среди нас не нашлось. Никто больше не осмелился помешать пляске невидимых чертей в ясный день молодого июньского лета. И вечной загадкой остался буроватый кружок на Гырином ноже, угодившем в самый «глаз» чёрной вихревой воронки.



Источник: Александр Щербаков «Пляска чертей» // Сибирская жуть / сост. Бушков Александр. — 2001. — Т. 1. — (Секретные сибирские материалы).

См. также[править]


Текущий рейтинг: 52/100 (На основе 13 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать