Морская фигура, замри

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск
Story-from-main.png
Эта история была выбрана историей месяца (июль 2019). С другими страницами, публиковавшимися на главной, можно ознакомиться здесь.

Честно скажу - я не знаю, зачем пишу все это. Наверное, мне просто надо куда-то вывалить все, что свалилось на меня за последние месяцы. А может я просто ужасно хочу оставить после себе хоть что-то, прежде, чем уйду. Пусть даже это будет лишь сбивчивая история. Это что-то вроде моей суицидальной записки. Нет, нет, нет... Опять я думаю не о том. Я могу уйти. Я просто могу уйти. Я не буду убивать себя. Я определенно не буде убивать себя.

Что ж, с места в карьер, да? Так вот. Я заставляю людей замирать. Мой ужасный секрет, который я пытался рассказать каждому, кто меня слушал. Стоит мне остаться один на один в комнате с человеком, как он замирает. Окаменевает, будто статуя. Только что девушка болтала с тобой, игриво улыбалась и, сидя на кровати, болтала ногами. Но тут ты закрываешь дверь от остальной весело улюлюкающей тебе компании и перед тобой кукла. Застывший взгляд, неестественная, обрубленная в середине движения, поза, мертвая улыбка. Сначала ты теряешься. Потом начинаешь нервничать. Ты зовешь ее по имени, трясешь, бьешь по щекам, но перед тобой все та же неживая кукла. И ты начинаешь паниковать. Ты выбегаешь из комнаты, зовешь друзей и уже думаешь, что будешь говорить скорой. Потому что люди не застывают. Это пугает до чертиков. Будто в одну секунду человек умер, и в эту же секунду его мгновенно схватило трупное окоченение.

Ты с друзьями вбегаешь в комнату и видишь... совершенно нормальную девушку, может немного растерянную. Не знаю, что в такой момент у людей происходит в головах. По сути, ее последним воспоминанием должно быть, как я закрываю дверь комнаты, а теперь она видит меня открывающим ее с другой стороны в окружении остальных друзей. Друзья снова начинают улыбаться, спрашивают, что за странные у тебя шутки. А девушка, недоуменно потирая глаза, смотрит то на тебя, то на смеющихся друзей, ощущая себя в центре какого-то идиотского розыгрыша. Она резко вскакивает с кровати, обзывает тебя дураком и, быстро собравшись, уходит из квартиры.

То был мой первый случай "замирания". Хоть это меня, конечно, весьма испугало, но я быстро успокоился. О, люди умеют успокаивать себя, уж поверьте. Мне просто досталась какая-то припадочная деваха. Вот и все. Я вернулся и к остальной компании и пил, пока не отрубился. На следующий день люди постепенно стали расползаться по домам. Мой друг собирался помочь мне убрать квартиру после выходного разгрома. Я закрыл дверь за последней парой гостей, вернулся в комнату и снова увидел это. Статуя. Отвратительная живая статуя. Я кричал его имя, едва не бил, но никакой реакции. В какой-то панике я решил вытащить его из квартиры. Я не знаю, что у меня творилось в голове, я думал об утечке какого-то парализующего газа. Просто не знаю. Мне было ужасно страшно. Я вытащил друга в общий коридор, когда раскрылась дверь смежной квартиры и оттуда, подозрительно осматриваясь, выглянула бабка-соседка. Не могу сказать, что испытывал к бабке теплые чувства, но в тот момент я был рад любому человеку. Но прежде чем я успел хоть что-то ей сказать, я почувствовал, как затвердевшие мышцы у меня под руками наконец расслабились. Мой друг с уже знакомым мне недоумением осматривался вокруг. Бабка же решила, что сейчас самый подходящий момент, чтобы высказать мне все по поводу нашего сборища на выходные, но я ее не слушал. В голове у меня крутился целый ворох мыслей. Идея о газе была, понятное дело, чушью. Замирания случились в разных комнатах, да и в первый раз девушка пришла в чувство сама. Мне надо было посидеть и подумать. Одному.

Каким-то чудом я умудрился выдворить своего друга без особых объяснений: он думал, что у него был обморок. После отбился от атак соседки, вернулся в квартиру, захлопнул дверь и пошел обратно в комнату, искать, что осталось покрепче. Какое-то время я боялся, а вдруг подобное замирание произойдет и со мной? А ведь в квартире не осталось никого, кто мог бы мне помочь. Кто знает, что это было. Паленое пойло? Может действительно газ? А вдруг укус какого-то редкого насекомого? Сейчас я могу лишь посмеяться над своими идиотскими идеями. Прикончив бутылку, я благополучно уснул. К моему счастью, на утро я проснулся, хоть и с больной головой.

Совершенно нормально прошла пара недель. Я пытался найти признаки "замираний" в Интернете, но не обнаружил ничего путного, так что просто постепенно забыл об этом. Но вот меня пригласила к себе на день рождения знакомая одногруппница. Я пришел пораньше, так что был отправлен на кухню помогать доделывать салат. Пока на кухне крутилась еще пара девушек все было нормально, но вот одна из них ушла и... Думаю, вы сами поняли. Замирание. Одногруппница застыла нарезая овощи, но не я не успел даже среагировать - вернулась вторая девушка. И все исчезло. Все нормально. Никакой растерянности и смущения в этот раз, она даже не сбилась, нарезая салат. Но вот я был почти в панике. Что за чертовщина? Сославшись на головную боль, я слинял к себе домой. Не знаю, как мне в голову пришла идея, что замирания связаны со мной. Они случались, когда я оставался один на один с человеком. Я решил это проверить. Первая идея была пойти к бабке по соседству. Но у нее наверняка сидит ее внучка, которую бабка держала на коротком поводке, не позволяя юной студентке даже на выходных куда-то выйти и развлечься. С другими соседями я был вообще не знаком, так что выбор пал на доставку пиццы.

Через час зазвенел дверной звонок. Я посмотрел в глазок - доставщик стоял с недовольной миной, копаясь в телефоне. Двигающийся и живой. Но стоило мне открыть дверь, как он замер. Я смотрел на него, а его мертвый взгляд, застыл на мне. Я закрыл дверь и снова посмотрел в глазок. Живой. И снова звонит. Во мне проснулось любопытство экспериментатора. Я открыл дверь, взял коробку из его замерших рук, после чего оставил на руке у него деньги и закрыл дверь. В глазок я увидел, как несколько секунд он растеряно смотрел на купюры в руке, после чего, додумав себе какое-то оправдание случившемуся, спокойно развернулся и ушел.

С этого момента начался забавный период в моей жизни - период экспериментов и опытов. Я как-то не воспринимал свой дар-проклятье слишком серьезно, мне просто было интересно, как же оно работает. Я успел узнать, что замирание работает, когда я нахожусь в комнате с одним человеком. Когда в комнату заходит второй, замирание проходит. Так же оно проходит если второй человек не находится в комнате, но просто смотрит на нас. Замерший не помнит, что с ним произошло. Если изменить обстановку вокруг не сильно, то он это просто не воспримет, может достроит в голове воспоминание, как, например, я передвинул какую-то вещь. Если изменение сильное, то считают, что упали в обморок. Самое интересное, что я обнаружил - если снять человека на телефон и показать ему, то он всячески будет отрицать свое замирание. Люди ссылаются на видеомонтаж, похожих людей, розыгрыши, на все что угодно. Но они не верят мне. Я пытался рассказывать о своем "даре". Люди смеялись, злились на ложь, говорили о моем воображении и идиотских шутках. Но категорически не верили. Поверьте, я старался. Но отрицание это столь сильное, что я готов списать его на одну из особенностей замирания.

Я начал говорить о замираниях людям не от скуки или любопытства. Я начал говорить от все более нарастающего отчаяния. Я понял, что никогда не смогу жить, как нормальные люди. Не смогу поговорить с другом по душам один на один. Не смогу остаться с девушкой, чтобы она не стала безвольной куклой. Мне нельзя заказывать вечером такси - в одной поездке мы оказались на полностью безлюдной улице и водитель замер. Мы едва не врезались в столб, но проехавшая нам навстречу машина привела таксиста в чувство.

Я очень четко помню, когда закончился мой веселый период экспериментов. Я на кухне, готовлю себе ужин, тянусь за солью. И тут я замираю. Мое тело не слушается меня, я стою в неудобной позе, мой взгляд вперился в стенку, а рот глупо приоткрыт. Я застывшая кукла. Я статуя. Внешне я такой же, каким был минуту назад, но внутри я паникую. И тут я вижу еле заметную тень. Я не могу скосить взгляд, не могу повернуть голову. На самом краю зрения я вижу движение. Я не знаю кто это. Мне страшно, как никогда в жизни. Наверное, я бы намочил штаны, но даже мой мочевой пузырь меня не слушается. Мое сердце должно биться как сумасшедшее, но оно молчит. Я ужасно хочу закричать, но не издаю не звука. Тень приближается ко мне, но я все еще не могу ее рассмотреть. Тень медленно кладет свою холодную, до отвращения сухую руку мне на плечо. Я просыпаюсь весь в поту. Хватило и одного такого сна, чтобы я полностью закончил с опытами над людьми. Но кошмары с тех пор раз в несколько дней стабильно портили мой сон.

Я полностью отказался не только от экспериментов, но и попытался свести замирания к минимуму. Исключить их можно было двумя способами. Первый, находится всегда в большой компании людей. Второй, не встречаться с ними вовсе. И я начинал все больше и больше замыкаться в себе. Я перестал устраивать у себя сходки и не ходил к друзьям. Может это было глупо, но страх остаться одному с человеком все больше завладевал моим разумом. В моей голове раз за разом всплывало то ужасное чувство бессилия из моего кошмара. И я бежал от людей. Я почти перестал встречаться с друзьями и выходить из дома, разве что в институт.

Как-то раз я шел на учебу, когда увидел на дороге впереди человека. Замершего. Утром. На улице. В ужасе я подбежал к нему и огляделся. Рядом были люди. Все также замершие. На остановке стояли люди. В автомобилях сидели водители. И все они были застывшие. Чтобы снять замирание нужно либо уйти мне, либо привести другого человека. Но тут были другие люди. И мне некуда было уходить с улицы. Я смотрел в глаза застывшему человеку. И мне казалось, что я вижу уже не просто мертвую застылость, но ужас живого мозга в мертвом теле. И я проснулся. Кошмары вернулись с новой силой.

Самым ужасным было то, что у них были основания. Время от времени я отваживался на небольшие ночные прогулки, чтобы хоть как-то успокоить свои расстроенные кошмарами нервы. Это было не очень разумно, ведь днем гораздо меньше шансов увидеться с человеком один на один. Но моя отшельническая жизнь уже немного сводила меня с ума - я уже просто боялся видеть людей. И ночные прогулки мне нужны были чтобы развеяться. К сожалению, изредка ночью попадались одинокие люди. Я всегда пытался просто избегать их. Но иногда мы оказывались слишком близко. И я вновь видел эти мертвые пустые глаза. И я заметил, что в последнее время люди стали замирать дальше от меня. Расстояние моего дара понемногу, но увеличивалось. Я боялся, что это не предел.

Моя жизнь превращалась в настоящий ад. Одиночество сводило меня с ума, но при этом я ужасно боялся встречаться с людьми. Даже если их было несколько, иногда стоит лишь немного замешкаться, и ты не заметишь, как останешься с человеком один на один. И вновь смотришь в этим пустые кукольные глаза. Иногда я буквально заставлял себя ходить на большие шумные сборища, но даже там я не мог перестать думать о своем проклятье, и часто уходил раньше всех. Один.

Институт тоже не играл мне на руку. Нет, людей на лекциях всегда было достаточно, но мне было страшно отойти хоть куда-то от общей толпы. Я даже в туалет боялся ходить. Ужасные сны продолжали трепать мне нервы, в последнее время мне начало казаться, что застывшие люди испытывают ужасные страдания, которые тут же забываются, стоит им вернуться в норму. Никаких доказательств этого у меня не было, но мой воспалённый мозг уже не мог остановиться в создании ужасов в моей голове.

Однако жизнь продолжалась. Больная и мерзкая, но продолжалась. Наступила сессия. Я засел дома с учебниками. С одной стороны, я радовался, что можно со спокойной совестью не ходить в институт, который я в последнее время все чаще пропускал. С другой, я мое затворничество стало еще хуже. Я целыми днями лежал на кровати, на ней же читал учебники, работал с ноутбуком, даже ел. Бывает за весь день я мог встать только чтобы сходить в туалет и взять еды с кухни. Это определенно нельзя назвать здоровой жизнью. Кроме того, вся эта изоляция лишь еще больше сводила меня с ума. Я даже не смог выйти из квартиры на первый экзамен, так сильно я боялся снова увидеть людей. Выгнал меня только голод через пару дней, когда я полностью сожрал всё, что было съестного в квартире. К счастью, я ни с кем не встретился один на один, так что вылазка моя прошла спокойно. Свежий воздух улицы немного очистил мой бедный разум, и мне хватило духу выйти на остальные экзамены. Сдал я их, конечно, не лучшим образом, так как старался лишь как можно быстрее сбежать домой. На одном из экзаменов экзаменатор сказал мне идти за ним в отдельный кабинет, но при мысли об этом я так побледнел, что он дал мне время придти в себя, а сам ушел принимать другого студента. Я же подскочил к первому освободившемуся экзаменатору, из тех, что принимали в аудитории, и быстро оттарабанил билет на трояк, после чего едва не бегом бросился из института.

Но вот сессия кончилась. Мои одногруппники закатили по этому поводу пьянку, но я так и не смог заставить себя к ним присоединиться. Я продолжал сидеть дома. Все мои обычные для студента проблемы с сессией закончились, и теперь передо мной в полной мере встал вопрос, которого я раз за разом старался избегать. Как мне дальше жить? Как жить с моим проклятьем и с моим уже развившимся психозом? Приближался второй семестр обучения, а я мог лишь гнать от себя какие-либо мысли о моей жизни. Кошмары продолжались. Мое подсознание придумало мне новую пытку. Теперь я оказывался на месте замершего на улице человека. Я стоял посреди застывшего мира, заключенный в свое бесполезное тело. Знаете, как во сне иногда может проходить целая жизнь? Так и я стоял посреди улицы дни, месяцы, годы, и не было конца моим страданиям.

Один из этих кошмарных снов прервал звонок в дверь. Я, конечно, никого тогда не ждал. Однако мне все же стало интересно, кому же я мог понадобится. Я тихо подошел к двери и быстро посмотрел в глазок. Там стояла женщина с каким-то рекламным чемоданчиком. Забавно, я слышал про таких коммивояжеров, но видеть довелось впервые. Конечно, я ей не открыл. На удивление, она была не очень настойчива и больше не звонила. Я вернулся на кровать, собираясь провести на ней очередной бессмысленный день. Через несколько часов поздно вечером голод все же заставил меня ее покинуть. Я вышел в темный коридор и уже направился на кухню, когда что-то меня остановило. Я посмотрел на входную дверь. У меня открытый глазок, так что через него видно свет общего коридора. Но сейчас он был тёмен, как будто кто-то стоял у двери. Какое-то нехорошее предчувствие зародилось у меня в голове, которое быстро переросло в жуткую уверенность. Холодный липкий страх захлестнул меня, и, с трудом передвигая ноги, я подошел к двери и посмотрел в глазок . Женщина все еще стояла там, в той же позе, в которой я ее увидел несколько часов назад. Дверь не помогла. Мы находились в разных помещениях. Но на этот раз дверь не помогла. В ужасе я отшатнулся от двери, запнулся об коврик и упал на спину. Я был в панике, я не мог восстановить сбитое дыхание и не мог отвести взгляд от двери, за которой стояла очередная несчастная жертва моего проклятья. Сколько же времени прошло со времени звонка? Она простояла там несколько часов. До этого я оставлял человека застывшим максимум минут на сорок, так как опасался каких-либо последствий от долгого замирания.

Больше всего мне хотелось просто убежать. Я хотел, чтобы эта женщина просто исчезла. Чтобы больше никогда в своей жизни мне не приходилось видеть замершего человека. Но она была там, за дверью. И пока я что-нибудь не сделаю, она будет там стоять. А если бы она не успела нажать на звонок? Если бы не заслонила коридорный свет? Сколько бы она там простояла? День? Неделю? Две? Я мог очень долго не выходить из квартиры. Мне потребовалось еще несколько минут, чтобы успокоиться. Надо было что-то делать. Можно было бы уйти из квартиры и подождать, пока она уйдет. Но было уже поздно, так что я слишком опасался случайно оказаться один на один с человеком на улице. Да и мне было просто необходимо увидеть, как она отомрет. Надо было увидеть, что с ней все в порядке. Так что я решил просто позвонить бабке-соседке. Она откроет дверь, женщина отомрет, а я как можно быстрее скроюсь обратно в квартире. Я открыл дверь.

Как не удивительно, она все еще стояла тут. Забавно, но даже увидев ее не через глазок, я все равно не смог бы сразу сказать, что она застывшая. Ее поза ожидания была такая обычная, такая натуральная... Я осторожно прошел мимо женщины и позвонил соседке. Я был готов быстро вернуться к себе в квартиру, как только услышу шарканье старушечьих тапочек, но было тихо. Я позвонил еще несколько раз, но, видимо, бабка и внучка куда-то уехали. До чего не вовремя. Можно было бы еще позвонить другим соседям, но их квартиры были на другом конце коридора, так что я боялся не успеть вернуться к себе в квартиру, не вступая в разговоры. Ничего не оставалось, собрав всю волю в кулак, я потащил женщину к лифту. Боже, как же я ненавижу прикасаться к этим куклам, эта странная смесь живого и неживого вселяла в меня ужас. Я поставил женщину в лифте, отправил на первый этаж и вернулся к себе в квартиру. Через несколько минут я вышел и снова проверил лифт. Женщины не было. Я немного успокоился. Кто знает, к чему приведет долгое замирание? Вдруг она осталась бы застывшей навсегда? Или вышла бы из этого транса слабоумной идиоткой? Или умерла? Я вернулся к себе, надеясь, что больше мне больше не придется столкнуться с подобным. Хотя я знал, что это не так. Я обречен видеть замерших до конца моей жизни.

Следующие несколько дней моя жизнь шла своим обычным бессмысленным ходом. Пока не случилось то, что и заставило меня писать эту затянутую историю моей несчастной жизни. Извиняюсь, но тут мне придется очень сухо описать детали произошедшего. Мне слишком тяжело пытаться воспроизвести мои чувства в тот день. А может дело в другом. Я пытался описать свои чувства, чтобы оправдаться перед собой. Показать, как мне было плохо, в каком ужасном состоянии я находился. Что это не моя вина. Не моя вина. Ладно, хватит болтовни.

В один день я услышал шум за моей входной дверью. Я посмотрел в глазок. В коридоре стояли полицейские, дверь квартиры соседки была широко открыта. Я вышел узнать, в чем дело. Как выяснилось бабка умерла у себя в квартире. Причем много дней назад. А где внучка? Уехала. Похоже молоденькая стеснительная студенточка умудрилась забеременеть и укатила в обратно к родителям. А ведь они наверняка именно этого хотели избежать, оставляя девицу со старой каргой. Какая ирония. Бабка умерла у себя на кровати. Но вот причина весьма необычная. Обезвоживание. Как будто бабка в один день легла на кровать, где лежала, пока не умерла от жажды. Мне задали пока неофициально пару вопросов, знал ли я что-нибудь о бабке, слышал ли что. Может старуху так прихватило, что она не могла даже встать с кровати? Но почему она не кричала? Не била в соседнюю стенку? Она просто лежала, пока не умерла. Очень странно. Прежде, чем вернуться к себе в квартиру, я краем глаза глянул в квартиру соседки. Думаю, вы не удивитесь, узнав, что кровать стояла у соседней к моей квартире стенки. Где с обратной стороны стоит моя кровать.

Можно сколько угодно выдумывать себе оправдания, плакаться, что ничего не знал. Что просто не мог догадаться. Но я абсолютно уверен, что в один день замирание пробралось через стену между нашими квартирами, и старуха легла на свою кровать, с которой ей уже было не суждено встать. Я не узнал точную дату смерти, но мне почему-то кажется, что это были те дни взаперти, когда я пропустил первый экзамен. Я не выходил из дома и почти все время валялся в кровати. С ужасом я думаю, что возможно, когда я уходил на кухню или в туалет, старуха приходила в сознание, но была уже слишком слаба, чтобы что-то сделать. И еще одна маленькая деталь. Когда после разговора с ментами, я уже собирался возвращаться к себе, один из полицейских отошел. В коридоре нас было трое: я и двое полицейских. И она оба замерли. Прежде чем я успел до конца это осознать, вернулся третий и все прошло. Но тогда я впервые увидел в жизни, а не в кошмарах, сразу двух замерших людей.

Я собираюсь убежать. Я собираюсь уйти так далеко, как только возможно. Туда, где я больше не увижу людей. Где я не увижу застывших. Не увижу эти уродливые неестественные позы, эти живые статуи, эти пустые глаза. Может, там я и помру. Скорее всего я там помру. Какой из меня дикарь-одиночка. Но это лучше, чем убивать себя. А больше никаких вариантов я не вижу.

Я вспоминаю сейчас всю свою жизнь. И я думаю, что замирание всегда было со мной. Просто раньше оно было гораздо слабее. Но я помню, что у меня никогда не было именно друга. У меня всегда были приятели, была своя тусовка, но никогда не было никого, с кем бы я проводил время один на один. Понятно, девушки у меня так же не было. Я вспоминаю родителей. Не могу припомнить хоть один раз, чтобы не видел их вместе. Они всегда приходили с работы вместе. Если у папе нужно было куда-то пойти, то маме обязательно нужно было именно сейчас пойти в магазин. Но возвращались они вместе. Может, я начинаю выдумывать, может, сам искажаю свои воспоминания. Но они будто что-то знали...

Странно. Одно воспоминание всплыло у меня в голове. У меня ведь был друг. Мальчик... Димка, что ли. Хоть и с ним я всегда был в компании, но с ним мне нравилось проводить время, как ни с кем другим. И я помню, как мы на улице, на детской площадке и играем в "Раз, два, три, морская фигура, замри". Другие дети постепенно расходятся по домам, но мы с Димкой всегда оставались до последнего. Уже, поздно, вечер. Я уверен, что мне влетит от родителей, но все равно не ухожу с площадки. И вот нас осталось лишь двое. Я отворачиваюсь, считаю. Морская фигура, замри. Поворачиваюсь. И Димка замер. Замер, в момент, когда кружился. Длилось это от силы пару секунд. Видимо, краткое время около нас не было ни одного даже случайно прохожего. После чего он завершил свое движение и спросил, почему я уже повернулся. С ним не случилось ничего ужасного, мы разошлись с ним тем же вечером. Но он стал избегать меня. А я не хотел находиться с ним. И в этом небольшом случае из детства я вижу ростки моей будущей отчужденности.

Я отчаянно пытаюсь удержаться от самоубийства. Я надеюсь, что мой побег сработает, но все равно опасаюсь. А что если все это не остановится? Сколько времени пройдет, чтобы та граница, на которой замирает человек, исчезла из поля моего зрения? Я буду спокойно жить, а на этой границе будут стоять невидимые мной, обреченные люди. Но гораздо больше меня пугает другое. А есть ли вообще граница у моего проклятья? Что будет, если оно не остановится? Замершая деревенька неподалеку. Замерший поселок. Замерший город. Замершая страна. И апофеоз моего кошмара - застывшая планета. И для этого я в первую очередь пишу эту историю. Пусть ее увидят хоть немногие, но если вдруг кто-то из них услышит о подобном странном случае, то, надеюсь, он распространит этот текст. А там уже его увидят те, кому надлежит думать о судьбах мира и менять их. На расстоянии пули ко мне, видимо, нельзя будет подойти, так что советую использовать ракеты или дронов. И тогда останется лишь надеяться, что с моей смертью все это закончится.


Текущий рейтинг: 81/100 (На основе 75 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать