Зайки мои

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск
Pipe-128.png
Эта история была написана участником Мракопедии. Пожалуйста, не забудьте указать источник при копировании.

Внимание: Перед прочтением рекомендуется ознакомиться со статьёй У меня нет брата


Большинство из вас, друзья мои, всего лишь сор, пустая порода. Мне нравится современное понятие “расходный материал”, как чернила в принтере, как сменный наконечник бура в установке. Это про вас, милостивые господа, а теперь немного про меня. Я живу в жопе географии в теле старой бабы с репутацией ёбнутой деспотичной мегеры, точнее жил на момент описываемых событий, но не будем торопить мое повествование.

У меня было много времени, больше чем у любого из вас, уж поверьте. Меня готовили к одному, а я здесь увидел совершенно другие реалии, вы, котятки мои, удивительно быстро меняете свой мир. Я начал с того, что хорошенько изучил вашу свежую историю и культуру. Будучи фактически отшельницей, я потреблял книги и газеты. Да, привыкайте к половым и родовым несоответствиям, это у вас один биологический пол с рождения до смерти, а у меня все зависит от того, кого я на себя надел. Телевизор тоже был мне хорошим помощником, с ним было удобно изучать, что вам, моим зайкам, нравится и на какую чушь вы готовы тратить свое время и деньги. Теперь для всего есть интернет и спасибо вам всем за него, это лучший подарок для меня от вашей ущербной цивилизации, яхонтовые мои.

Когда я устроился в этой бабке, она была раздавленной, униженной и сломленной старой женщиной, потерявшей всякую надежду. Глядя на нее вы вряд ли можете себе представить, как много лет назад ее трахали в два смычка пьяные в говно муж и его приятель, как ее держали в погребе, чтобы она стала более покладистой и смирной. Так просто не может быть, скажете вы. Но было именно так и продолжалось много лет. Началось это не сразу, сначала был счастливый брак, и родилась девочка-красавица. Потом мужа как будто подменили, при дочери он был примерным отцом и заботливым супругом, а наедине с женой превращался в чудовище. Я тут ни при чем, такое у вас бывает и не так уж редко, касатики мои. Она была на грани самоубийства десятки лет, она спасалась только теми счастливыми мгновениями, когда рядом была дочь. Однажды она встретила меня, и я получил свое первое человеческое тело.

Так вот, зайки, знаете историю про слоника, которого привязывают к столбу? Я недавно прочитал, очень познавательно. Слоник беснуется, дергается, но не может освободиться, он маленький, а столб с веревкой крепкие. Когда уже большой и сильный слон снова оказывается на привязи, он по привычке даже не пытается высвободиться, хотя сил бы уже хватило, еще как. И у вас, ребятишки, та же херня, не сомневайтесь. Я аккуратно пробрался ей в череп, заполненный просто гигантским мозгом. Часть своих клеточных структур я разместил в полостях и пазухах, потом слегка раздвинул пластины невероятно тонкостенной черепной коробки, чтобы полностью разместиться внутри головы. Когда я объединил наши синапсы, я просто охуел. Мы пробудились в виде единого целого, и в меня хлынула такая лавина отчаяния и обреченности, что я потерял всякий контроль над телом и меня начало дико рвать. Меня к такому не готовили, я вообще не знал, что у вас, котейки, такие сильные эмоциональные реакции и что они могут приводить к серьезным расстройствам на физиологическом уровне. В погребе было темно и холодно, болели колени и спина. Я научился ослаблять эмоциональные цепи, понизил чувствительность к температуре, боли и начал планировать дальнейшие действия.

- Э, ты, чо, там, старая пизда, блюёшь что ли? Рык, блять, такой, что у соседей слышно, - сверху доносился голос моего дорогого супруга, - Ты если сдохнуть намерилась, я ж тебе в этом и помочь могу, ты только скажи как.

Крышка погреба открылась, появился свет, мои новые глаза давали удивительно четкую картинку. В погреб заглянула знакомая голова на тощей шее. Так вот, вспомним про слоников, пока старик был молод и силен, он мог меня кошмарить, это понятно, но сейчас он был развалюхой. Я просто схватила его за шею и дернула вниз. У нас, как и у вас, очень популярны все виды борьбы, только мы бьемся на специально выращиваемых расходниках, а вы гробите свои собственные тела.

– Аааааай, бля, ты чо творишь сссука! … Ннннн бллля! – он стискивал зубы, лицо было бледным, похоже, он сломал себе какую-то большую кость.

– Я тут подумала, дорогой, что мы как-то неправильно живем. Не гоже мне, образованной женщине почтенного возраста, прозябать в темноте, холоде и сырости, – да, с чувством триумфа у вас, солнышки мои, тоже полный порядок, природа наградила вас невероятно ярким спектром эмоций, – а вот для тебя, милый, это будет полезным опытом.

– Я нннногу сломммал бллядь ты… стаааррая ты бллллядь, … фель… дшшшера пзоови.

– Позову, дорогой, но завтра с утра, а пока ты наказан и должен подумать над своим поведением...

– Сссукка! Я тттбя, блллядь…

Я захлопнул крышку и пошагал наслаждаться пищей и комфортным сном. Кстати, даже самые истошные вопли из погреба были слышны только в сарайчике, построенным над ним. Стоило закрыть утепленную дверцу ветхой с виду постройки, как наступала полная тишина. Про то, что что-то могли услышать соседи, он явно пытался пошутить.

В доме за столом сидел тот самый приятель мужа, который вносил разнообразие в нашу интимную жизнь. Они уже распили одну бутылку настойки на кедровых орехах, эти ёбаные эстеты, и муж, видимо, как раз пришел в погреб за новой.

– Мой нашел чего-то в погребе интересное, меня оттуда выпроводил и велел тебя позвать.

– Хуясе. Клад что ли? – усмехнулся он.

– Да пёс его знает, мне не докладывал, сказал, чтобы ты сам глянул.

Мы пошли к погребу, я поспешил зайти чуть раньше и прихватить аккуратный молоточек с полочки для инструментов.

– А чо он там стонет и воет? Ебёт что ли кого-то без меня, ха-ха-ха? – он нагнулся, открывая крышку.

Последняя его фраза придала мне решимости и ярости, молоток промял его затылок на пару сантиметров и не оставил ему никаких шансов. Теплый ещё труп сам свалился в погреб.

– Я тебе собутыльничка привела, чтобы тебе не было там скучно, – я говорил безо всякого ехидства и злости, спокойно и уверенно, я давал понять, что я не в аффекте, действую полностью осознанно и сожалений ни о чем не будет. Мне было все равно, доживет он до утра или нет, у меня был план на любой исход. А пока я продолжал наслаждаться новым опытом. Мы паразитируем на неразумных существах, природа к нам была гораздо милосерднее, чем к вам. У нас всё по уму, разумные существа живут очень долго, но вне тушки ни на что не способны. А сменные тушки – примитивные твари вроде ваших насекомых, которыми кишит наша планета. Огромным техническим прорывом для нас была инженерия и селекция более совершенных тушек, расширяющих наши творческие и производственные возможности. Ваш типичный завод – это механизмы, производящий механизмы, а наш – живое существо, производящее других живых существ. По какой-то злой иронии вы неразделимы со своими тушками, ваши жизни трагически короткие и хрупкие, а способных к творчеству и движению прогресса среди вас даже меньше, чем всех представителей нашего вида. Не понятно, почему ваши удивительные технологии развиваются так стремительно, и в чем-то вы уже оставляете нас далеко позади.

Паразитировать на разумном существе – это невероятное приключение. Я получал полный букет ярчайших эмоций, просто копаясь в воспоминаниях старушки. Есть один огромный минус всего этого, мои собственные цели выглядели бледными пятнышками в сочной картинке. Очень хотелось начать жить желаниями тушки, забыв обо всем другом, а это уже какой-то симбиоз или даже паразитирование тушки на мне.

С утра я спустился в погреб и устроила мужу подробный инструктаж о том, что и как произошло прошлым вечером. Объяснила, что если он вздумает рассказывать правду, пусть рассказывает целиком, потому, что я в таком случае молчать не намерена. Донесла доходчиво, что его привычный мир закончился и что если он захочет сохранить хоть какую-то его часть, ему во всем придется советоваться со мной. Дикая боль, темнота и тесное соседство с трупом делает психику податливой как пластилин. Я был лучшим по изучению вашей психологии, друзья мои, поэтому в экспедицию отправили именно меня. Эти мои знания совершенно не устарели за время моей транспортировки.

Синька до добра не доводит, дорогие мои мальчишки, девчонки, а также неопределившиеся. Хоть пейте вы денатурку, водяру палёную или самые благородные коньяки с шампанскими. О причинах случившегося у правоохранительных органов вопросов не возникло. Муж выжил, но провел два месяца в больнице и остался хромым.

Я отыгрывалась за свои боль и унижения каждый последующий день его жизни. Даже в присутствии дочери и внуков я позволяла себе на него прикрикивать, хоть и не так жестко, как наедине, а он безропотно подчинялся. Выдержал он два с лишним года, пока инфаркт не оборвал его мучения.

Быть получеловеком здорово, но куда интереснее быть молодым, здоровым и богатым, чем одинокой старухой в вымирающей деревне. Я давно присматривалась к своим внукам, разрабатывала сотни разных планов завладения тушкой одного из них, но всё не решалась. Тут я должен обозначить пару важных нюансов. Во-первых, для того, чтобы тушка приняла меня, мне нужно было её довести до состояния крайней подавленности и нервного истощения, иначе она может меня повредить или даже уничтожить при попытке подсоединиться к ее мозгу. Это правило мы никогда не нарушаем. Во-вторых мне было важно доказать себе, что я способен достигать целей, жестко противоречащих личным ценностям моей тушки. Хотелось также подойти к процессу творчески, использовать максимум моих талантов по контролю над этими удивительными созданиями. Сделать что-то красиво и эффектно для нас – это самый смак.

Изначальный план был прост до неприличия. Я как всегда планировал держать внуков в неадекватной строгости, но на этот раз решил довести принцип жесткой дисциплины до абсолютного абсурда. Телевизионную антенну я чуть свернул в сторону, чтобы старенький телик было невозможно смотреть. По моей затее они должны были изнывать от скуки и моего тотального контроля и очень скоро совершить какую-нибудь страшную провинность, за которую я, конечно, сильнее накажу старшего, посадив его на пару суток в погреб, доведу его до кондиции и заберу себе. Но то, что произошло в итоге, превзошло все мои самые амбициозные ожидания, это была виртуозная игра на грани фола.

Эти мои сорванцы нашли пещеру. Такие пещеры обычно заполнены грязным илом и имеют настолько узкие ходы, что там приходится ползать как червяку, вытянув вперед руки с фонариком. Я мог легко поймать их с испачканной одеждой и наказать. Я даже знаю, что я сказал бы старшему: “Раз уж вам так нравится лазить по темным сырым подземельям по самые уши в грязище, то я доставлю тебе удовольствие, посидишь пару деньков в погребе по уши в собственном дерьме, подумаешь над своим поведением”. Но интуиция подсказывала, что стоит потерпеть и случится что-то более интересное.

Так и вышло. Я как обычно аккуратно проследовала к месту преступления своих пострелят, я умею обострять ваш слух так, как вам и не снилось, как слышат только слепые ваши собратья, родненькие мои. Во время исследования пещеры, которая имела два выхода наружу, мой старшенький застрял. Основательно, совсем. Они сначала поистерили, а потом решились звать кого-нибудь на помощь. И тут началась самая тонкая, самая виртуозная моя игра, которую я не превзошел даже к сегодняшнему моменту. Младший полз первым, поэтому он не мог вернуться, был только вариант выбраться из другого еще неизведанного выхода. Если бы он тоже застрял, у меня было бы два варианта на выбор, и вообще это было бы слишком просто. Так вот, он всё-таки не застрял, он выбрался и был готов звать на помощь.

Мне пришлось вмешаться. Когда он меня заметил, я зыркнул на него настолько подавляющим и жутким взглядом, что он грохнулся в обморок. Он был виноват, чудовищно виноват, я культивировал в них панический страх к себе каждый день. Страх, помноженный на чувство вины, просто выключал хрупкую детскую психику. Он уже был в нужной кондиции, это оказалось даже слишком просто. Я прилёг рядышком и на случай, если придется вернуться, загнал бабку в кондицию и обморок. У младшего была тесноватая черепушка, приходилось приминать мозг, что его неизбежно травмировало и не позволяло ему получать хорошее кровоснабжение, такой вариант не годился, хотя опыт был интересный. Я маленько поработал с его эмоциями, чтобы сделать мальца своим союзником и вернулся в просторную черепушку бабки.

Когда малой вернулся домой, он даже в мыслях не допускал, что когда-нибудь, кому-нибудь расскажет, что его собственный брат попал в беду. Мне он сказал, что они поссорились, где-то разминулись и он понятия не имеет, куда в итоге девался старший. Настолько боялся, что его накажут за ползанье в запрещенном месте, что другие эмоции на этом фоне были едва ощутимы. Он для успокоения совести тайком таскал брату еду, воду, свечи для освещения, пытался помочь выбраться. В смысле, пытался сделать вид для себя и брата, что помогает ему выбраться, в пол силы, что называется, на отъебись. Ему самому было нужно, чтобы брат остался там, в чем бы он сам себя не пытался убедить, уж об этом я позаботился. Я бы мог просто стереть его воспоминания об этой пещере и забрать старшего в подходящее время, но тогда, согласитесь, было бы не так интересно. Я заставлял мальца заниматься повседневной работой на огороде, как ни в чем не бывало. Он вообще, похоже, превратился в полу овощ, хотя вроде бы его мозг не был сильно поврежден, просто моя коррекция эмоциональной матрицы действовала великолепно.

Я так увлекся происходящим, что прошло трое суток прежде, чем я поднял на уши милицию и соседей. Это было непростительной глупостью с любой стороны, во-первых, он мне был нужен живым, во вторых, пока все уляжется, пройдет еще неопределенное время, прежде, чем я смогу его забрать, в третьих, крайне подозрительно, что я среагировала только на третьи сутки после пропажи. А когда я обратился в милицию, я понял, что сделал очередную непростительную глупость. Теперь я не мог вернуться в семью в этом мальчике, он провел в пещере несколько суток, его будут обследовать и найдут на рентгене слегка увеличенной головы совершенно невиданную и непотребную хуйню, что меня бы совершенно не устраивало. Я заигрался, и чуть было всё не провалил, хотя было это всё чрезвычайно увлекательно. Вот так, думал, что я в голове хозяин, а вел себя, как старая маразматичка.

А мой маленький союзник пускал поиски по ложному следу и молчал как партизан о той секретной пещере. Молчал до последнего, боясь, что бабушка его накажет. А зачем мне наказывать любимого внучка, который мне так помог, который всё-всё сделал правильно.

Все улеглось только за четыре долгих дня. Я поторопился к секретной пещере уже без особой надежды найти старшего живым. На мое счастье из пещеры доносился заунывный вой, похожий на пение. Рехнулся, бедолага, но для меня это не помеха. Я аккуратно припарковал старую тушку у запасного входа в пещеру, там где я встретил младшего внука почти неделю назад. Я перевел бабку в кондицию и обморок на случай экстренного возвращения и рванул в пещеру.

Я умею делать проколы в костях, а мое настоящее тело может вытягиваться в тонкую нить или плоский блин, ненадолго, но достаточно, чтобы быстро пробраться в естественные и проделанные мной отверстия в черепе. Я отключил болевые ощущения, мне предстояли обширные повреждения ребер и перелом ключицы. Поблуждать по организму тушки и маленько её повредить – это тоже для меня не сложно. Я успешно выбрался наружу. Дальше было сложнее, пришлось направиться в город и побыть немного беспризорником, пока восстанавливались силы и срасталась ключица. С ключицей я сильно намучился, помогло хорошее знание вашей анатомии и умение чинить биологические механизмы с помощью вбитых в кости гвоздиков, стянутых проволокой. Дальнейший мой путь я оставлю для вас в тайне, скажу лишь, что у вас тоже есть деление на тушку и разум, но не на биологическом уровне, а на социальном. И если тушек очень много, то разумов исчезающе мало, всё почти как у нас. С тех пор, друзья мои, я двигался вверх по этой социальной пирамиде и мои таланты мне много раз давали зелёный свет в самых сложных ситуациях.

Бабка оклемалась и прожила еще немало лет. Я стер ей часть памяти. Она помнила, что вытворяла все эти годы, но совершенно забыла о нашем тесном союзе и моих целях. Представляете, как это мило, она зачем-то хотела сгноить внука в пещере, а зачем – не понятно. Вы, мои золотые, можете сказать, что это негуманно. Всё верно, мне чужда гуманность, я же не человек.

И да, я ведь сразу догадался, что мелкий меня предал, как только он вернулся один и принялся меня убеждать, что Бабушка ни в коем случае не должна ни о чем узнать. Я тут, блядь, сдохну, а он про то, что Бабушка накажет. Придушил бы долбоёба, но вот застрял тогда как-то некстати. Я уж и угрожал ему и умолял его – бесполезно. Как мне хотелось отомстить мудаку этому мелкому и этой старой бляди, но во всей обитаемой вселенной только я один знал, что они совершенно не виноваты.

Берегите свои тушки, зайки мои, они просто великолепны.

См. также[править]

Текущий рейтинг: 42/100 (На основе 169 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать