Вкус баранины

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск

В моей биографии имел место быть один... любопытный случай, подробности котрого я изложу ниже. Навыками писателя господь не миловал, так что заранее приношу извинения за возможный сумбур. К тому же прошу заметить, что за меня скорее говорит алкоголь. Иначе хера с два бы я пасть разинул. А впрочем, к сути.

Произошло это лет 10 тому назад, я пиздюком был. Учился в школе, жил понятно, с родителями. Жили мы маленьком городе в своём доме 6 на 12 с мансардной крышей, куда родители меня как правило не пускали.

Был у меня одноклассник, такой, знаете, хлюпик. Витей звали. Все его шпыняли, деньги отжимали, запирали в женском туалете и всё такое. Да что там, над ним даже девчонки измывались. Странный парень. По городу в одного слонялся. С семьёй вроде не всё ладом. Но мне до этого интереса не было — я редко в коллективной травле принимал участие. Можно сказать, что не принимал вообще. Но как-то раз не сдержался. У нас тогда совместный урок с параллельным классом проходил и мест свободных не хватало. Ну, в общем, пришлось ему приземлиться рядом со мной. А этот дятел по пути в школу собачье дерьмо наступил. И воняло от него до жути просто. Ну я и не сдержался, каюсь — накостылял ему после уроков. Видимо, малость переборщил — нос сломал, хех. Ну, дальше всё по классике — скандал, родителей вызвали. Хотели даже из школы выпнуть, но обошлось. Помню доселе аморфный в плане воспитания папаша меня тогда порядком пожурил, подзатыльников надавал напутственных и всё в таком духе. Вот ублюдок. Папаша даже настоял, чтоб я с этим Витюней скорефанился — ну бред же, ей богу, бред! Что на него нашло? Хер знает. Но папаша был убедителен. Ну стал ко мне этот чижик теперь захаживать — в приставку играли и тому подобной хуйней маялись. В принципе, Витя парень был неплохой, если не принимать в расчёт, что стержень в нём отсутствовал начисто. Я ему даже часы подарил механические с водозащитой. У меня валялись без надобности. Ну в общем со временем я пообвыкся как-то. Потом у меня день рождения был на носу — я даже пригласил его. Одноклассники не поймут, но да и хуй с ними, думаю.

И вот этот день настал — собралась компания человек из 5. Ну мы пива взяли, домой ко мне пошли — и втихую в комнату ко мне прошмыгнули. Мамка у меня тогда на ночной смене была, а папане до меня особого дела не было. Ну сидим, значит, пьём, байки травим, хуё-мое, а Витюни всё нет и нет. Не то чтобы мне за него боязно было — но странно, всё-таки. В итоге я конечно же забил, ну не пришёл и не пришёл — его дело. Однако в школе на следующий день он тоже не появился. А спустя несколько дней весь наш городишко на уши поставила новость о его пропаже. У нас подобные инциденты уже случались — за пару лет до этого девочка пропала, а ещё годом ранее — два мальчика. И ни трупов, ни улик. Ничего. Город у нас, как я уже говорил небольшой — так что слухи о таких событиях разносятся быстрее пандемии гриппа. Население там в основном аморфное, включая правоохранителей. Но кипиш был. Мужики местные даже сами пытались душегуба изловить, но где там. Тут даже я как-то мальца встревожился — чай одноклассник мой, такое же и со мной могло, в конце концов!

Но прошло время, забылось как-то. И встревоженный городок утих. И я успокоился. И всё встало на свои места. Год прошёл с момента, как Витя пропал. У меня день рождения. Люблю день рождения. Вернее любил. Ну в общем всё чин по чину, мамаша пир готовит на весь мир. Я в приподнятом настроении. Мамаша даже шампанского взяла — говорит уже 16, немножко можно, хех. Ну в общем, ко мне друзья прикатили. Папаня в гараж отчалил. Любил он там время проводить. Мог дневать и ночевать там. Мне же лучше, впрочем.

Ну мы с друзьями пива взяли, по старой традиции. Сидим, пьём. Тут меня осенило — у папани ж мосинка должна быть. От деда ещё. Семейная реликвия, можно сказать. Хотел друзьям похвастаться, дурак мелкий. Ждите, — говорю, — парни, через 5 минут вернусь. С сюрпризом, блять. Ну припомнил, где батя ключ от мансарды прячет. Пошёл туды. В помещение темно было до жути. Источников света нема. Видимо, лампочка перегорела — ну я телефоном посветить решил. Небольшой спойлер: искомого я так и не нашёл. Каждый угол облазил, а не нашёл. Видно, куда-то перепрятал. Я в этом помещении гость нечастый. И собрался было уходить, как вдруг что-то блеснуло в темноте. И через пару секунд мой взгляд задержался на знакомом предмете. Да, на тех самых Витькиных часах, которые я ему подарил. А пару минут поисков спустя я обнаружил ещё несколько незнакомых предметов. И вырезки из газет, пестривших заголовками о пропавших детях. Шок, страх, отвращение, гнев. Не знаю, что во мне тогда преобладало. Но картина в голове сложилась ясная. Иначе как минутным помутнением не объяснить, то, что я тогда сделал, преодолев оцепенение: схватил вещи в охапку и рванул к себе, только вещи перепрятал, оставив себе часы. Нахуя? А чёрт бы его знал, это так же необъяснимо, как и то, что он их хранил всё это время. Ну палево же. Чистое палево!

В общем, ничего никому тогда говорить не стал. Не хотел. Да и не мог. Друзья разошлись. Не помню как. Всё как в тумане было. Панически боялся скорого возвращения папаши — это отчётливо помню. Впрочем, скорого пояления ожидать не стоило. В гараже он обычно надолго задерживался. Если уходил вечером, приходил уже засветло. Что он там делал? Да много что можно в гараже делать. Но в свете вскрывшихся обстоятельств... Ну, а что? Гараж в кооперативе на самом отшибе. Внушительных габаритов. Яма есть. Звукоизоляция что надо. Хе-хе. Плюсом ко всему половина гаражей там брошены. Место непривлекательное, да и население уезжает. Все в центра подались. Остальные ходят редко и чаще, всё-таки днём. Так что кричать там попросту бесполезно.

Уснуть я тогда так и не смог, конечно. Часам к 5 меня озарило, что надо бы вещи на место вернуть. Авось не заметит, авось прокатит... Ни ментам, ни матери, ни кому то ни было ещё ничего не сказал тогда. Думал, сначала сам всё проверю. Знаю, долбоёб.

Через пару дней как раз случай подвернулся: мамка в ночную на работу идти, у папани на вечер планов никаких. Значит, дома будет. А ещё, в тот день соседи тревогу забили. Пацан у них пропал. Пашей звали. Из тех знаете, что называют сложными подростками. Собственно, что и объединяло пропавших: все из неблагополучных семей, и либо омежки типа Витюни, либо клеевые беспризорники. Этот из последних. Папаша фентанилом дознулся. Мамаша вообще хуй пойми кто и где. Оставила его на произвол торчка папаши и куда-то в центра слиняла. Говорили, мол тоже коньки двинула, но тут я не в курсах, врать не буду. Сам лет с 9 пить начал. Гены-то не наебёшь. Признаюсь, новость эта от души так обухом уебала по решительности моей непоколебимой. Но я не сдался. В общем, план был таков: папане скажу, что у друга на ночь останусь, ключи от гаража свистну и туды. А вдруг.. этот ещё живой, а?

В общем, дело к вечеру шло. Настал черёд у бати отпрашиваться. Ох и долго я себя на предстоящий разговор настраивал. И диким чем-то казалось, что раньше я с ним вот так, запросто... Прихожу, так и так говорю, у друга день рождения, останусь у него.

— Уверен, — отвечает — странный ты какой-то сегодня. Мечешься весь день, как неприкаянный. Всё в порядке?

Хах, ценю твою заботу, папочка.

— В-всё нормально. — отвечаю. А голос дрожит.

— Ну смотри. Завтра к обеду дома будь.

Сыскать ключи труда не составило. Но то были дубликаты, основной комплект всегда у него. А с ними была одна проблема — не доставало ключа от амбарного замка. Впрочем. Проблема решаема. Нужно просто взять ножовку по металлу и несколько полотен. Настал тот час — мрачно подумал я. По пути сгонял до барыги местного, что металл принимал, купил у него спирта для храбрости. Разбавил на колонке фифти-фифти, как полагается, вмазал и поплёлся. Меня вели непередаваемое чувство отчаяния, жажда истины, а также спирт, слабоумие и отвага.

Полузаброшенный гаражный кооператив вырос передо мной чуть менее получаса спустя. И чем ближе я был к цели, тем меньше во мне оставалось решительности. Что я вообще здесь забыл? Почему не рассказал всё? Да и что я вообще такого знаю?.. Что такого я там увидел? Часы, газетные вырезки, ещё какую-то мишуру. Бред. Сомнения одолевали меня, но отступать, казалось, слишком уж поздно.

Затея с ножовкой оказалось совсем не лишней — замок висел, также, как и раньше. Делать было нечего, пришлось спиливать чёртов замок, чем, поколебавшись с пару минут, я и занялся. А минут сорок нудной работы ножовкой по металу спустя, препятствие было устранено. От двух других замков у меня были ключи, так что с ними никаких проблем не возникло.

По телу пробежал озноб. Подступала паника. Глоток спирта помог, но не сильно. Однако и этого оказалось достаточно, чтобы сделать шаг в темноту. Туда, где, возможно... Так, стоп. Ещё глоток. Тусклый свет мобильного телефона служил единственным ориентиром. Нужно добраться до выключателя. Надеюсь, свет здесь есть, мобильник вот-вот разрядится, а фонарь я, конечно же, не взял. Несколько бесконечных секунд поиска и скудное убранство гаража озарил яркий свет: стелажи с запчастями и инструментами, куча хлама, строймат, смотровая яма и яма для хранения овощей. Только что-то мне подсказывало, что там совсем не овощи. А ещё, там была куча детских вещеё в углу. Куртки, игрушки, прочая мишура. Меня начала одолевать паника. Скольких же он?... Стоп, нужно закрыть гараж изнутри — мало ли, кого сюда в такое время занести может. Так я и сделал. А мобильник меж тем окончательно сдох. Теперь я даже за временем следить не смогу — восхитительно! Хотя, стоп. У меня же есть часы. Часы? Часы! Часы-часы-часы. Часики. Сука! Удушливые приступы паники, с которыми я до сей поры, пусть и с тяжким трудом, но справлялся, теперь взяли реванш. И крыть мне было нечем. Спирт теперь не помогал совсем. Но как так? Как можно было настолько глупо облажаться? А домой мне как возвращаться? Чёрт! Чёрт! Чёрт! Некоторое время я сновал по гаражу туда-сюда, как ошпаренный. Но долго ли, коротко ли, паника помалу начала отступать. А может, обойдётся? Может и не заметил он нихрена? Как же, не заметил! Ха! Надейся, сука.

Из мыслей меня вывели чьи-то шаги. Это могли быть какие-нибудь торчки, бомжи, да кто угодно, чёрт. Могли. Но шаги были слышны всё отчётливее. И двигались они в сторону гаража. В мою сторону! Для моего измождённого разума это было уже слишком. Я заорал, не помню что, но я заорал. И шаги прекратились. Их сменил стук в металлическую дверь. Сперва неуверенный, но темп нарастал, и стук перерос в невыносимый грохот. Так-тук-тук! Бам-бум-бум, блять! И только я собрался сказать своей кукушке "сайонара", как послышался голос:

— Испугался, Ваня? А нечего боятся. Это всего-лишь я.

Ну вот и... Сложно передать словами те ощущения, что я испытвал тогда. Я всё знаю, он всё знает и нас рездаеляет несколько миллиметров метала и расстояние в два шага. Фенита ля комедия.

— Ч-что ты х... О-отвали!

— Ты спускался в яму, Ваня? — спросил он повседневным тоном.

— Нет. Не...

— Врёшь! — грубо отрезал он, — знаю, что врёшь. Но это ничего. Ты только дверь открой. Нам нужно поговорить.

— Нет!

— Тебе придётся это сделать... Придётся, Вань, понимаешь? Не всю же жизнь ты в гараже проторчишь. Хотя... — задумчиво добавил он — на какое-то время тебе еды хватит. Если, ты захочешь это есть, конечно.

Я судорожно обернулся. К горлу подкатывал ком. да ну нахуй!


— Эй, ты там живой? Не заставляй меня волноваться, сын!

— Я... Отвали!

— Ты сперва дверь открой.

— Не...

— ОТКРОЙ! ЕБУЧУЮ! ДВЕРЬ!

Ужас сковывал тело. Мешал принимать решения. Да и какие, блять, тут могут быть решения? Стоп, но ведь...


— У тебя же...

— Опомнился, наконец. Ха!

Щелчок замочной скважины, лязг стали и леденящий ужас. Непередоваемое ощущение неотвратимости конца. Вот он. Маньяк убивающий детей. Прямо передо мной. Мой собственный отец. Он.. убьёт меня?


Нелепая попытка прорваться наружу, к двери... Несколько ударов. Не сильных. Не слабых. Достаточно для того, чтобы чётко обозначить, кто здесь главный. И это определённо не я.


— Успокоился?

Постепенно страх сменился каким-то безразличием.


— Ты... Убьёшь меня? Как остальных?

— Да боже упаси. Чтобы я и собственного сына! Мы едем домой.

— Почему ты...

— Сразу не открыл гараж? Хм... Мне было любопытно, как ты себя поведёшь. Ты меня разочаровал и впечатлил одновременно.

— И как это понимать?

— Как хочешь. А вот на часиках ты очень глупо спалился.

Домой мы прибыли очень скоро. Я сидел в комнате и размышлял о своих перспективах. Как-то отрешённо уже, словно всё это происходит не со мной. Отчаявшись до предела, я принял единственное, казалось, верное решение: оглушить его и вызвать ментов. Очередная глупость? Наверное. Я мог его случайно убить. Или он меня, что более вероятно. Плевать. Нужно было что-то делать.

Он был в мансарде. Я это знал. Я поднимался по лестнице, прихватив, что под руку попалось в качестве оружия. Но вдруг услышал голоса. Он говорил с кем-то. Я прислушался. Это была моя мать! Которая должна была быть на работе. Я решил вслушаться.

— Я же тебя предупреждала.

— Давай не будем, а!

— Нет уж. Давай будем. Говоришь, он был в гараже? И что он там видел?

— Говорю же: не знаю. Он стоял за дверью, перепуганный. Орал что-то нечленораздельное. У-у-у, а-а-а, уйдите! Он такой потешный. Воспитала мудака изнеженного, теперь вот разбирайся.


— Он был в яме или нет? Просто ответь да или нет?

— Он говорил, что не был. Верить ему или нет — чёрт бы его знал.

— И ты оставил его в комнате без присмотра?

— Не боись, я его пугнул малость. Он теперь тише травы. Никуда не денется.

— Какой же ты... — она выдохнула — нет, так дело не пойдёт. За ним глаз нужен.

Я медленно-медленно пятился назад, старясь не издавать ни звука. Неужели и мать тоже?... Я пятился по лестнице, старясь не упасть. Пятился, пятился. Но вот дверь мансарды открылась. И снова мы с ним тет-а-тет.

Он смотрит прямо мне в глаза. На самом деле, я всегда боялся его. А сейчас... У меня никогда не было клаустрофобии, но представьте себя в ограниченном пространстве стоящими напротив того, кто хранит в гаражной яме трупы убитых им детей. По крайней мере, у меня есть веские основания подозревать это. И он медленно движется в мою сторону.

— И? Что будешь делать? Бежать? Нападать? — говорит он, продолжаясь всё также медленно двигаться в мою сторону.

— В детстве ты был таким хорошим мальчиком! Ты помогал нам... А баранину ты помнишь? Как ты любил это мясо!

— Что... что ты несёшь?

— Успокойся, сынок, — вмешалась вышедшая вслед мать, — мы тебя воспитали. Ты должен нам доверять.

Теперь они оба идут в мою сторону. Нарочит-медленно, словно специально, чтобы добить мою психику. Остановились. Перекинулись парой фраз. Что-то про алпразолам и подвал, кажется. Я не в вслушивался. Они переглянулись и он кивнул ей. Мать... Эта.... В общем, она пошла в мансарду. Ничего хорошего это явно не предвещало. Мы снова были вдвоём. Он продолжил медленно идти на меня. Но вдруг ускорился. Резко! Мы на расстоянии нескольких шагов. Нужно только... Бежать. Бежать нахрен!

И я бежал. Быстро, как мог. Окно первого этажа было открыто. Очень кстати. Я бежал, хотя меня никто уже не преследовал. Бежал. Долго-долго. Всю жизнь бегу. Ну как, недавно осел в Казахстане, в Шымкенте. Живу под чужим именем. Не спрашивайте, как я к этому пришёл. Много чего было... Бухал, употреблял, был в розыске, чуть не женился. Сон хреновый. Транки не помогают. Да и сны такие, что спать не хочется. Витя снился. Паша тоже. Вообще часто дети снятся. И все без глаз. Я всё вспомнил, да... А эта баранина... Я, кажется, вспомнил этот вкус. Чёрт, опять тошнота.

В полицию я не обращался. Сперва боялся, потом появились более веские причины не отсвечивать там.

Почему я вспомнил об этом именно сейчас? Ну, во-первых, у меня день рождения. Можете не поздравлять. Во-вторых, недавно, совершенно случайно наткнулся на новость об очередной пропаже ребёнка. В этот раз девочка 11 лет. 3 случай за последние 5 лет. Я должен вернуться. Должен как-то остановить это. И я вернусь. Встречусь с ними и... Будь что будет.


Текущий рейтинг: 65/100 (На основе 71 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать