Арсенал

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск

Содержание

1[править]

«Жень, вставай, пора уже», – доносился из кухни бодрый голос матери, - «Опоздаешь в школу. Опять сделают выговор на родительском собрании». Женя высунул нос из-под одеяла, поморщился и полез обратно. Пятница – почти выходной, и тем тяжелее вставать, куда-то идти. Восемь часов. Темно. На улице глубокая осень. Деревья уже все облетели, но снега еще нет. Мрачно, холодно, сыро. То ли дело дома, под теплым одеялом. Мгновение, еще. Больше лежать нельзя, иначе мать ворвется в комнату, словно осенний вихрь и сорвет одеяло с нежных рук и ног, которые грелись так долго.

Sleepbed.png

Женя встает, медленно идет в ванную. Там у него еще есть несколько минут личного времени, когда можно, чистя зубы и ополаскивая лицо под струей теплой воды, подумать о приятных вещах, важных, которые интересуют Женю больше всего…. Жене в этом году исполнилось 13 лет. Он считает себя уже достаточно взрослым, конечно, не таким, чтобы решать сложные жизненные проблемы, вроде приготовления еды, уборки квартиры или оплаты коммунальных услуг, но представляет себе, что от него требуют, что хочет он сам и как уладить этот конфликт. Женя знает, что люди рождаются, вырастают, старятся, умирают, не все, конечно. Он - то не умрет, ведь другие не так важны, а он…. Он – другой, особенный. Даже если и такой же, то это произойдет очень не скоро, почти что никогда. Главное, действительно, что его беспокоило, это не война где-то там, не голод, не экологические катастрофы, болезни и так далее, а Арсенал.

Когда Женечке было 8 лет, папа принес с работы компьютер и пользовался им для доделывания работы. Он – программист и поэтому ему это устройство было необходимо, понятно почему. Женя вначале проявлял интерес к новой вещице, даже играл в карты и шашки на нем, но особого энтузиазма не проявлял. Все изменилось, когда Женю позвал в гости одноклассник Егорка и показал ему истинную суть компьютера. Предназначение этого чуда человеческой мысли оказалось не в том, чтобы проектировать, вычислять, обрабатывать, а в том, чтобы быть проводником в различные миры фантазий, красочные, захватывающие, полные приключений. Женя понял тогда что это - его. И последующие два года он только и делал, что играл, думал о том, как он играл, мечтал о том, как он будет играть…. Вечно. Перерывы между настоящей жизнью были заполнены самыми неинтересными вещами: школой, уроками, общением с родственниками, маленькими обязанностями по дому. Больше всего Женя не любил гулять. Время тянулось особенно медленно, ничего не происходило. Скука одна, да и только. В эти моменты Женя отключался от реальности и отправлялся в свои миры, где он был полководцем, усмирителем галактики, узурпатором, господином всего и вся. Где его все уважали, боялись. Где он мог командовать легионами солдат, армадами космических кораблей, да всем чем угодно.

Женя вышел из ванной, поплелся на кухню, где его ждала все та же вечная каша. Ах, как он не любил ее. Почему каша? Почему не мороженое с шоколадной крошкой и клубничным сиропом. Почему не праздничный торт, не лимонад, не зажаренный переперченный окорок, какой бывает раз в году на дне рождения тети Оли? Почему жизнь устроена именно так: на одно приятное событие приходится сто неприятных? Женя засовывал ложку в рот все реже. Каша остыла окончательно. Мальчик посмотрел на стрелку часом: 8:20, вскочил из-за стола, быстро оделся и выбежал из дома. Вдогонку неслись все те же слова: «Ты опять не доел! Сам себе будешь готовить, тогда и научишься уважать чужой труд!».

Труд. Что такое труд? – думал Женя, идя по дороге и пиная кучки опавших листьев, тщательно собранных дворником за час до этого. Труд – это действие, которое нужно не тебе, а другим? Полезное для других, а не для тебя. Но для тебя не полезное, стало быть, вредное, раз отнимает твое время. А как можно уважать неполезное, ненужное, тем более, чужое? Вот они сами не уважают его труд! Вчера он 2 часа отбивался от вражеских атак, собрал крупный отряд танков, усиленный артиллерией, провел подготовительную бомбардировку местности, уже дал приказ наступать; но тут раздался оглушительный рев прямо над его ухом и компьютер был безжалостно выключен. Обидно? Не то слово. Подумаешь, первый час, ну и что, что в школу идти. Когда на карту поставлена судьба мира. Как они не понимают!

2[править]

Возвращался из школы Женя в приподнятом настроении: неделя, слава Богу, заканчивалась, впереди были выходные. И не просто выходные, а без родителей. Только он и Арсенал. Конечно, без политики тут не обошлось. Каждый год они всей семьей отправлялись погостить к родственникам на несколько дней. Это считалось очень важным – поддержание хороших родственных отношений. Женя сказал, что в этот раз он не сможет поехать, так как на выходных будут проводиться важные соревнования по волейболу, а тренер очень надеется на него, да и ребят он тоже не может подвести. Отговорился, в общем. Конечно, в глубине души он понимал, что поступает не очень хорошо, но… Оно того стоило. Племянники – Машка 9-ти лет и Сережа-7-ми – относились к нему неплохо. Маша просила поиграть с ним в «Домик», - это как в дочки матери, только у каждого семья, которая живет в своем домике и ходят в гости к друг другу, короче, живут; или рассказывала какую-нибудь историю из серии «что было вчера интересного». Понятно, глупости. Сережа любил машинки и самолетики. Ему напокупали их довольно много и Женя всегда завидовал. Для него поход в гости был приятен тем, что он под видом игры с Сережей мог реализовать свои желания. Но теперь Женя вырос. Племяши, возможно, и ждут его, но ничего – переждут, - пусть сами учатся развлекаться. Женя-то рос в семье один и не просил никого поиграть с ним.

Желая продлить приятные мысли, юный мечтатель решил сделать небольшой крюк и пройтись по соседней улице, мимо площади, пруда и старого парка. Там всегда было меньше суеты, и Женя мог не затруднять себя излишней осмотрительностью и осторожностью. Было прохладно. Ветер дул противный и напористый, постоянно пытаясь сорвать шапку и заставить играть с ним в догонялки. Голуби сидели нахохлившись возле дверей в булочную. Похоже, им ветер так же досаждал, но только они виду не подавали – не хотели показывать слабость. Уныло как-то, подумал Женя, сворачивая с главной улицы. Вода в прудах тоже была нерадостна: постоянно волновалась, рябилась. Плотики из листьев с налипшим на них мусором качались в такт, дополняя картину ненужности и безысходности. «Все, скорее домой. Погуляли – и хватит» - подумал про себя мальчик, ускоряя шаг. Вдруг сзади раздался кашель и промелькнуло что-то черное. Женя от неожиданности вздрогнул, резко обернулся и чуть не закричал. Перед ним стоял незнакомец в черном плаще, черном цилиндре и с тростью в руках. Сухой, высокий, скорее старик, с желтыми неровными зубами, которые являлись составной частью улыбки столь мерзкой, каким казался ее хозяин. Единственным желанием мальчика было желание бежать и как можно быстрее. Но он взял в себя в руки: даже не мог допустить, чтоб кто-то видел его страх, как он – волейболист, спортсмен, испугался какого-то старика. Чтобы показать, что не боится, спросил довольно грубо у черного человека: «Что вам надо?». В ответ незнакомец улыбнулся еще шире, и от этой улыбки мальчик слегка вздрогнул: «Не извольте беспокоиться, сущие пустяки. Я лишь хотел сделать выгодное предложение». «Какое предложение?», - автоматически спросил Женя. «У меня есть вещь, которая делает реальным то, что больше всего любишь»,- продолжил человек в черном, - «обладатель сможет насладиться тем, чем восхищается, непосредственно, а не мечтах». «А, что взамен вы хотите?», - спросил, оправившись, Женя. Теперь незнакомец казался ему еще и сумасшедшим. «Вы сами назовете цену, которую согласитесь отдать за нее»,- ответил старик. Он отогнул край плаща и медленно извлек сверток. «Я оставлю его у вас до тех пор, пока не будет вам угодно; потом сделка состоится и ее нельзя будет отменить». «Цену назову я?», - уточнил Женя, все еще колеблясь. Что-то ему подсказывало, что не стоит связываться с этим человеком, это очень опасно. Мама все время говорила: «Не разговаривай с чужими, - сейчас много плохих людей ходит по улицам». «Опять эта мама», – подумал с раздражением Женя. «Она все знает, что ли? Что там, бомба, радиоактивное вещество, новый вирус? Бред. Старик не в себе. А в пакете у него розыгрыш или приз, а может, это испытание для меня; и, если я не разочарую его, он меня щедро наградит, сумасшедший старик». «Совершенно верно», - произнесли шелестящие губы прямо над ухом Жени, обдав его гнилостным дыханием. Сверток оказался в руках у мальчика, а незнакомец незаметно скрылся. Еще около минуты стоял Женя и думал: «Выкинуть его или отнести в ближайшее отделение милиции, показать родителям, другу Лёхе?» Сверток был легкий – полкило, и то вместе с упаковкой. Развернуть сразу не получилось – слишком надежно упакован. «Нет», - решил он, - «Кто не рискует, тот…»

Oldman,png.png

3[править]

Вечер тянулся медленно. Мама была как на иголках. «Еще бы - едет к родственникам – надо показать себя во всей красе. Купила новые ботиночки, модную шляпу. Ишь ты, зима на носу, а тут за красотой следить. Надел тулуп – да и пошел в гости, нечего строить из себя не пойми кого. Она еще подарков накупила. Эх, все же там будет что-то хорошее. Еда. Праздник. А потом скука и желание поскорее домой – к своему Арсеналу. Не, такого не будет: он никуда не поедет в этот раз».

Папа не торопился. Вещей-то у него почти не было – ему все уже приготовили. Находился в приятном расположении духа. Спросил: «Как дела в школе», и, не дослушав, стал листать газету. «Скука», - думал Женя. «Почему люди довольны своей жизнью, когда она неинтересная, одинаковая? В этом году все так же, как и в прошлом, как в позапрошлом и поза… Когда его не было на свете, наверняка все шло тем же порядком: папа приходил, садился обедать, а мать вокруг все суетилась. Волновалась как всегда, не остыло ли, не слишком горячо, не пересолено ли. Потом он читал газету минут пятнадцать и засыпал. А вечером смотрели телевизор. И однажды папа наверно сказал: «А не завести ли ребенка нам, у всех ведь есть, а у нас нету; и все изменится к лучшему». Они думают, что все изменилось; а я не уверен в этом. Когда я вырасту, я таким не буду. Не буду, не буду… А как можно не быть? Я всегда буду. Я не могу не быть».

«Пока, Женюлечка, веди себя хорошо, не забудь полить цветочки», - раздался из прихожей голос мамы. Женя встал и поплелся на звук голоса. Он обнял маму, как всегда это делал, не особо задумываясь. Она его поцеловала и погладила по голове. Папа хлопнул его по плечу, сказал: «Бывай, сынок»; и они удалились в темноту ночи, туда, где нет ничего интересного. А интересное было здесь, рядом. Рука безошибочно потянулась к кнопке с надписью «пуск».

Он дослужился до звания полковника. Позади много побед, убедительных и не очень, а сколько впереди? В настоящий момент повстанцы заняли крепость на юге и удерживали небольшой остров на юго-востоке. У них было достаточно кораблей и просто так к ним не подобраться. К тому же противник превосходил еще и количеством ресурсов. Действовать надо было немедленно. Полковник Евгений ЗАВОЕВАТЕЛЬ, как он сам себя и назвал, решил обмануть противника: сделать ложный выпад в сторону основных его сил, отвести большую часть его флота на расстояние и концентрированным ударом подводных сил оставить повстанцев без танкеров, постоянно курсировавших между берегом и нефтяными платформами. Так юный герой и сделал. Затаив дыхания, Женя с восторгом смотрел, как тонут вражеские корабли. «Все в порядке, капитан», - доносилось с той стороны экрана. Нельзя терять времени. Полковник принимает решение высадить десант на плохо охраняемую часть берега. И вот отряд грузовых кораблей под прикрытием эсминцев и даже крейсера направляется в тыл врага. Операция идет успешно: десант высадился. Батареи противника, явно не рассчитанные на такое нашествие, были просто сметены, как картонные домики под напором урагана, имя которому Евгений – ЗАВОЕВАТЕЛЬ. «Надолго запомнят этот урок, жалкие крысы», - говорил про себя маленький полководец, - «Всех размажу по стеночке». Навстречу атакующей армии выползали защитники – разрозненные и обескураженные. Точными ударами отсек полководец правый фланг врага с легкими танками и расстреливал их при помощи артиллерии. Небольшая группа средних танков прорвалась к центру, но тут же была взята в кольцо и расстреляна. Противник явно паниковал: его металлодобывающая шахта была разбита, заводы разрушены. Корабли беспомощно крутились вдоль берега, не имея возможности помочь гибнущему городу. Враг был смят, штаб захвачен. Остатки армии добивались карательными отрядами. Полковник был так рад, что стучал по столу и кричал: «Ай да Женя, ай да молодец». С обитателями острова он решил не церемониться и послал армаду бомбардировщиков, которые разнесли весь островок, не оставив нечего, кроме голой земли. Малочисленные заспанные истребители с этим нашествие ничего поделать не смогли; и все случилось так, как и должно было произойти.

Именно в этот момент триумфа что-то озарило комнату голубоватым сиянием. Это отвлекло Женечку от победного марша, военных почестей и торжественного присвоения ему звания генерала. Он с изумлением уставился на сверток, испускающий слабый свет. Осторожно прикоснулся к нему, после чего тот без труда раскрылся и Женя увидел какой-то кристалл голубого цвета, светившийся как бы волнами – то ярче, то бледнее. Женя аккуратно взял его, поднес к глазам и стал рассматривать. Ничего подобного раньше он не видел: кристалл был настолько прозрачен, что казался затвердевшей каплей воды, внутри которой танцевали маленькие язычки пламени, то погасая, то вновь разгораясь. Появлялись как в калейдоскопе одни рисунки, потом плавно перетекали в другие. Женя смотрел и не мог оторвать взгляд – настолько завораживала игра света и тени, тем более появлялись знакомые очертания, то, что было раньше, давно и недавно. Потом мальчик на мгновение увидел свое отражение, после чего кристалл вдруг вспыхнул и погас. Женя подождал, осмотрел со всех сторон удивительную вещь, - и ничего более интересного не увидел. «Может, показалось», - понеслось в голове. Стало как-то лениво и тяжело думать, будто кто-то выпил, высосал энергию. Компьютер мерцал в темноте. Было темно. Женя добрался до кровати, думая полежать минут пять, но сразу провалился в сон. Спал неспокойно, в полубреду снова собирал армии, снова посылал в атаку, и каждый раз противник появлялся в новом месте с новыми силами.

4[править]

Наконец наступило утро. Женя, все еще не отошедший от вчерашнего, лежал, раскинувшись на кровати, не открывая глаз. «Все же неплохо вчера все прошло», - думалось ему, хоть и устал. На улице было опять пасмурно, но это не важно. Главное – столько времени еще впереди и никто не будет мешать. Плавному течению мыслей мешал звук, доносившийся из угла комнаты. Он менял свою силу и иногда затихал. Словно маленький моторчик работал где-то там. «Забавно, что бы это могло быть?», - подумал Женя. Ему, конечно, было любопытно, правда не на столько, чтоб разлепить глаза и тем более подняться с постели. «Соседи сверлят, или на улице что-то. Не стоит внимания, лучше подумать еще немножечко, а потом начать свой день с новых побед. Как лучше-то: или авианосцев построить и атаковать с моря, оставаясь на почтительном расстоянии от врага, или же вообще устроить атомную бомбардировку. Чтоб все сразу взорвать к чертовой матери, одним взмахом генеральской руки. Будет взрыв – и десятки домиков взмоют в воздух с забавными звуками вопящих жителей….». «Черт, что это», - ругнулся Женя, когда почувствовал, что кто то ползет по руке, - «откуда сейчас мухи?». Он скосил глаз и увидел нечто странное: что-то ползло по его предплечью, но это было не насекомое. Сперва Женя не поверил своим глазам: это был маленький джипик, катившийся по его руке, как по дороге. Мальчик перегородил дорогу машинке. Джип внезапно остановился, Постоял чуть, развернулся и поехал обратно. Сон мгновенно сошел, не оставив даже никакого следа. Женя возбужденно следил за джипом, пока тот не съехал с руки на кровать, после чего снова перекрыл путь автомобильчику. Джип развернулся и стал искать объездной путь. Но великан явно не хотел просто так отпускать добычу. Спустя некоторое время джип замер на месте и больше не двигался. Женя смотрел на него, внимательно изучая. Просто джип, защитного зеленого цвета, с маркировкой. И очень напоминал тот, который использовался Женей в Арсенале при разведке территорий. Вдруг мальчик услыхал тихий звук мотора и заметил, что к джипу приближается грузовик с кузовом-канистрой. «Заправщик», -догадался Женя. Он начал понимать кое-что. Так и есть: джип был заправлен и он сразу же продолжил свой путь, а заправщик поехал обратно. Женя проследил за его движением. Заправщик доехал до края кровати и по свисавшему одеялу, хоть это для него было и рискованно, благополучно добрался до пола и дальше направился в угол комнаты. Там, под тумбочкой развивалось крупномасштабное строительство: бульдозеры расчищали место под здания. Некоторые уже были построены. Женя смотрел на все это и не мог поверить глазам: посреди территории базы стоял штаб с поднятым флагом; вокруг возвышались жилые дома, далее – завод; даже мартеновская печь работала. Из трубы шел дымок; и к зданию периодически подъезжали самосвалы, разгружались и уезжали куда-то под диван. «Идет добыча металла», - сказал про себя Женя. Он вдруг все осознал: все дело было в той странной вещи, которую дал ему старик. Она смогла перенести из того мира в этот его войска, его Арсенал.

Тем временем события стремительно развивались. Из–под книжного шкафа выехало несколько танков оранжевого цвета и направилось в сторону войск зеленого цвета. Зеленые явно такого не ожидали и не успели подготовиться. В их распоряжении была лишь пара легких танков и ничего более. Оранжевые атаковали. Бульдозер взорвался от меткого попадания, легковой автомобиль так же не уцелел, а пара обороняющихся бронемашин не смогла остановить превосходивших числом противников. Рыжие перегруппировались и стали расстреливать здания. Это сопровождалось взрывами и криками невидимых жертв, так приятно ласкавших слух нашего генерала. А он думал: «Ведь это правда. Это то, о чем я мечтал. Все на самом деле. За это чудо я готов бы был все отдать! Вот так удача». Женя весь сиял от удовольствия. Ему так нравилась эта война, и он тоже захотел поучаствовать в ней. Рыжие Жене не нравились: слишком легко им доставалась победа. Он надавил пальцем на один легкий танк, – тот не поддался, Женя надавил сильнее, еще сильнее, - танк хрустнул и смялся. «Ого. Вот здорово. Теперь я тоже воюю», - заявил юный герой. Он мог вести войну, выигрывать, а проиграть не мог. Рыжие продолжали атаковать, тогда Женя стал давить их по – очереди. «Глупыши», - думал мальчик, - «даже не замечают меня». В конце боя, однако, последний рыжий танк прекратил атаку и стал отступать. Не тут-то было: он был раздавлен большим пальцем на полдороге к своим. Женя выпрямился и чувством выполненного долга стал осматривать боле боя. Взгляд его упал на еще один джип, но красного цвета. «Еще одни», - обрадовался Женя. «Похоже, красные обосновались под кроватью. Интересно, что они там делают?» Великан взял палку и стал ворочать ею в предполагаемом месте скопления красных. Удачно, зацепив, вытащил обломки нескольких зданий, пару танков. Их он забрал с собой в другую комнату, где под светом лампы решил детально изучить. Изучить не поверхностно, а по сути. Молоток и плоскогубцы должны в этом помочь.

5[править]

Часа через два кропотливей работы Женя разочарованно вздохнул, поднялся со стула, поняв, что инструменты слишком грубы и повреждают внутренности его игрушек слишком сильно. Пошел на кухню, достал приготовленные вчера голубцы из холодильника и стал разогревать. Внезапно услышал звук мотора и почувствовал легкое движение воздуха. «А, истребитель», - обрадовался Женя, - «становиться интереснее». Было видно, что самолет особенно никуда спешит – просто летает кругами. Спустя некоторое время, видимо выполнив задание, он приземлился в хлебницу. «А там их аэродром»,- пришла в голову новая догадка. Тем временем завтрак был уже готов; и юный воин сел перекусить перед очередной битвой. Голубцы были особенно вкусными именно сегодня, в это время, когда не ел уже так долго. С аппетитом боец расправился с ними и скорее отправился воевать.

В комнате произошли некоторые изменения: воздух содержал в себе какое-то количество едких веществ, дыма, бензина. По полу передвигались колонны техники, в воздухе летало несколько маленьких самолетов. Женя подошел к окну, присел посмотреть на базу зеленых. Вдруг его что-то укусило за палец. Женя удивленно посмотрел вниз и увидел, что рядом с рукой стоит танк и дуло его дымиться. «Ах, так!», - с негодованием закричал Женя, «да я тебя сотру в порошок!»; и смял его ударом кулака. И тут же почувствовал несколько болезненных уколов в другую руку. Стреляло уже 4 легких танка. «Это война», - сказал юный герой, снял тапок и с размаху шлепнул по врагу. И тут же почувствовал, что кто-то прижег ему стопу. Даже вскрикнул от боли. Это оказалась мобильная артиллерия. Женя несколько раз шлепнул ее тем же тапком, окончательно разозлившись. Это были рыжие. Они объявили ему войну. Великан поднялся и направился к шкафу. По дороге нечаянно наступил на несколько красных грузовичков, пересекавших нейтральную полосу и ехавших, видимо, в сторону новых разработок залежей руды. Как добывалась руда, Женя не знал: то ли отпиливались кусочки от металлических ножек дивана, то ли какими-то химическими превращениями (Женя химией не особенно увлекался и тройки его вполне устраивали), да и мысли его были заняты другим. Ему хотелось отомстить. Больше всего на свете. Даже больше, чем однокласснику Жорику, за то, что тот его обижал все время. Великан нагнулся, запустил свою огромную ручищу под шкаф, стал давить, сминать, сжимать все, что попадалось ему. Вдруг, отдернул руку. По ней текла жидкость, неприятно пахнущая бензином. «Это я раздавил нефтехранилище», - подумал Женя, понюхав как следует. Раздался выстрел, еще несколько, - и кисть мгновенно вспыхнула. Женя завизжал, накинул на руку одеяло, потушив огонь, и кинулся в ванную комнату. Как больно. Обожженное место надо долго держать под струей холодной воды. Так говорили на ОБЖ – вспоминал уже не юноша, но муж. Это было его первое настоящее сражение. Раньше-то он даже не дрался никогда, хоть и считал себя крутым парнем. А тут, можно сказать, боевое крещение. Женя улыбался сам себе. Это серьезная война, противник сопротивляется, а значит, тем приятнее будет победа. Пополоскав полчаса руку, он пошел во вторую комнату – свою базу, как он теперь ее называл, смазал зеленкой, перебинтовал. Осмотрел мелкие раны на другой руке, сел и стал думать о возмездии.

6[править]

Выйдя в коридор спустя полтора часа, Женя заметил небольшую колонну вражеской техники, двигающуюся в сторону кухни, издал победоносный клич и прыгнул на ползущий конвой. В лепешку! Настроение сразу поднялось. Мальчик уверенно вошел в опасную комнату. Заметив, что постройки рыжих уже не помещаются под шкафом, стал давить ногами то, что выступало. На ноги были надеты носки – чтоб избежать попадания прямой наводкой жалящих артиллерийских снарядов, на руки – перчатки. Так же он прихватил с собой ведро с водой – для тушения возгораний. Рыжие явно несли серьезные потери. Часть домиков была снесена, часть завалена. Выехавшие группы танков великан разметал по полу и раздавил. Женя прилег на пол, вновь запустил руку под шкаф и в упоении ломал остатки базы рыжих. Заметил, что к нему быстро приближаются колонна танков, приготовил тапок. Подождал, пока подъедут, стукнул – и ничего. Танки дали залп, впившись в груды колосса стальными иглами. Он аж задохнулся. Второй залп пронзил будто насквозь. Женя заорал и принялся изо всей силы бить по ним. Почувствовал резкую боль в ноге – это уцелевшая артиллерия рыжих подкралась и дала очередной залп. Женя вскочил и выбежал из комнаты.

Стало быть, они использовали средние танки, - думал Женя, лежа на диване в своем убежище. Они покрепче будут. Надо иметь в виду. Грудь болела слегка и чесались. Женя вытащил несколько крошечных иголочек из кожи. Место на ноге припухло. «Артиллерии надо опасаться больше всего», - думал Женя, - «остальное – так».

Отдохнув, решил немного подкрепиться и отправился на кухню. Там летало уже десятка два самолетов. Он, не обращая на них внимания, открыл холодильник, уже потянулся за бутербродами, как почувствовал тысячи комаров впиваются в спину, плечи. Как неприятно. Женя выскочил из кухни, влетел в свою комнату. Вся спина чесалась неимоверно. И было как-то тяжело двигать руками. Хорошо, они еще сюда не залетают, - подумал мальчик Женя. Он надел куртку, сапоги – защиту от надоедливых истребителей, взял мухобойку и пошел брать реванш. Пока он сражался в комнате, надо сказать, желтые на кухне довольно неплохо развернулись: в их распоряжении была плита, как понял Евгений – источник газа для самолетов, еда – на столе оставались объедки утренней трапезы и ангары в виде хлебницы, полок, подоконника.

Быстро махая перед собой мухобойкой, гигантский мальчик сбил несколько самолетов, остальные умудрялись уворачиваться. Женя решил не торопиться и подождать, пока у тех кончится топливо. Расчет оказался верным: полетав какое-то время, истребители стали заходить на посадку. Женя следил за ними и определял, где расположены аэродромы. Он раскрывал их ангары и раздавливал. Вокруг посадочных площадок группировались системы ПВО, которые яростно обстреливали великана. А тот смеялся: эти выстрелы не причиняли никакого вреда – куртка и кожаные перчатки спасали превосходно. Одной рукой гигант ел бутерброд с колбасой, другой – превращал в пыль ненавистных врагов. Но это длилось не долго: из антресолей вылетел отряд штурмовиков. Тактические бомбардировщики, хоть и летели не так проворно, но жалили гораздо больнее. Имея на вооружении ракеты класса земля- воздух, они представляли серьезную угрозу здоровью юного воина. Он сразу почувствовал сильные прижигания в области шеи. Гнева ЗАВОЕВАТЕЛЯ не было предела. Он как мельница махал руками, пытаясь достать надоедливых «насекомых». Множество успел сбить, пока один из них не заложил крутой вираж и не попал исполину точно в глаз. Летчик наверно сразу дали героя. Но Женя про это вряд ли узнает, да ему это не важно. Его занимает лишь адская боль в глазу и страх. Страх за то, что с глазиком случилось что-то не то. Что-то ужасное. Ведь раньше, не дай Бог, если что-то попадало в глаз маленькому Женечке, он бежал к маме и орал, что было сил. Мама пугалась до смерти, хватала его, лечила, лечила, потом целовала, успокаивая, до бесконечности. Знала бы она тогда что с глазиком-то случиться. А Женя тоже не знал, но предполагал. Он выронил мухобойку и побежал в свою комнату, но по пути запнулся большим тяжелым резиновым сапогом о ящик с инструментами, который забыл убрать и со страшным грохотом упал, подвернув ногу. Он заревел, не сдерживаясь больше, слезы и слюни текли по лицу и по подбородку. Одной рукой он зажал глаз, другой помогал себе ползти, потому что на ногу опереться не мог.

Swatter.png

7[править]

Было уже восемь вечера, когда Женя встал с дивана и, хромая побрел в ванную. Глаз опух настолько, что видеть им мальчик уже не мог. Включил воду и стал промывать. При малейшем касании боль усиливалась, и вскоре он решил бросить это занятие. Чувство мести вновь захватило его существо. Женя набрал ведро воды, пошел в злополучную комнату и с порога плеснул под шкаф. Пусть будет протечка – ничего, лишь бы восторжествовала справедливость. Потом - еще одно ведро под кровать, другое – под диван. Из-под кровати вынесло обратной волной несколько десятков танков. Женя быстро побежал на кухню, схватил швабру, метнулся назад, захлопнул за собой дверь, чтобы коричневые не полетели вслед за ним. Как ураган влетел в комнату, принялся крушить все, что мог достать своей шваброй. Вдруг сверху кто-то атаковал великана – это были те же злополучные штурмовики. Гигант тут же развернулся и выскочил с поля боя, предусмотрительно закрыв за собой дверь. Он очень боялся повредить второй глаз. «Надо бы позвонить другу Лехе, - без подкрепления тут не обойтись. А вдвоем-то мы справимся», - внезапно осенило Женю. Он подошел к тумбочке, на которой стоят телефон, поднял трубку, но гудков не услышал. Такого он не ожидал. Перерезали связь. «Да как это возможно! Как они догадались», - крутилось в Жениной голове. На него стали накатывать волны страха. Он не хотел больше оставаться у себя дома ни минуты. Надел ботинки, взял ключи, деньги. Подошел к входной двери, сдвинул щеколду... Дверь не открылась. Женя толкнул, потом толкнул еще сильнее, навалился всем телом, - никакого эффекта. Дверь была заварена. Вдоль контура двери снизу и немного сбоку виднелись следы микросварки. Женя испугался еще сильнее, стал кричать и бить кулаками в дверь. Сзади раздался какой-то звук. Женя инстинктивно обернулся и увидел, как с полки смотрят нацеленные на него маленькие ракеты. Не успел опомниться, как произошли пуски ракет, и воздух наполнился взрывами и облаками ядовитых испарений. Женя чуть не потерял сознание. Он выбежал из тамбура, соединявшего конец коридора и лестничную площадку и ввалился в спасительную комнату - похоже единственное место, где еще не было маленьких вредителей. Его рвало так сильно, как никогда в жизни. Приступы повторялись каждые несколько минут. Женя увидел кровь, его рвало кровью. Это длилось бесконечно. Наконец он успокоился, обмяк на кровати. Совершенно ослаб. Он был голоден, к тому же болела голова. Женя принял аспирин, еще какие-то таблетки от отравления, какие, - даже не смотрел. Рухнул на диван. Это были серые. Они обосновались в тамбурочке, где размещались продукты длительного хранения: консервы, соленья, варенья, овощи и прочее. Из этих–то ингредиентов они и создали химическое оружие, которым отравили великого воина. Еще они успели заварить входную дверь, и он оказался в ловушке. Женя это понимал. Но теперь бежать было невозможно, и в нем рождалась решительность, благодаря которой он должен был победить. Это его битва. Против созданий, которых превосходил по размерам в сотни раз. Которые трепетали перед ним, и он не мог проиграть.

8[править]

Женя надел на себя несколько пар штанов, пальто, зимнюю шапку, сапоги и перчатки. Не забыл надеть респиратор из аптечки, нацепил солнцезащитные очки. Взял швабру сказал вслух: «Сейчас будет произведена небольшая уборочка». И засмеялся. Юный генерал решил сперва пойти на кухню – стратегическое место. Раскрыв дверь, он был сильно удивлен: на него вылетел целый рой истребителей, тактических бомбардировщиков. Но у него тоже был припасен сюрприз: и назывался он пылесос. Агрегат щелкнул и заревел и стал засасывать в себя мелких летающих вредителей как мух. В ходе неравного боя противник терпел поражение. Великан чувствовал свое превосходство и выражал эту радость диким смехом. Многие знакомые, увидь его сейчас, подумали бы несомненно, что у Женечки крыша съехала. Может быть, и не сильно бы ошиблись. Женечка достал молоток и стал крушить аэродромы и прочие сооружения, выросшие за ночь, как грибы после дождя. Пока не сломал все, что заметил, не успокоился. Повращав глазом еще немного, подошел к холодильнику, достал из него миску с киселем, стал пить, и вдруг в язык что-то ударило. Великан от неожиданности уронил миску и уставился на пол. В луже лежало нечто похожее на маленькую рыбку – это была подводная лодка. Женя с негодованием раздавил ее ногой. В ярости начал вытаскивать запасы, и везде были «они». Масло превратилось в прогорклую жидкость – будущее топливо; в супе тоже плавали «арктические» подлодки, в каше выросли жилища. Они везде. Женя понес кастрюли ванную – решил утопить всех неприятелей. Включил свет – и замер на месте: ванная и раковина были заполнены водой до верху. По краям располагались верфи и строились корабли синих. Видимо он забыл выключить воду вчера. В ванной плавали эсминцы, несколько крейсеров и линкор. Женя схватил швабру и стал с ненависть ю топить корабли. Эсминцы отстреливались слабо и не пробивали брони гиганта. Он их шлепал по одному. А вот крейсеры «кусались» прилично. Пальто оплавилось в нескольких местах и тлело, но великан в порыве боевого азарта не замечал этого. Один крейсер был потоплен, второй еле держался на плаву. И только Женя замахнулся на третий, как почувствовал резкую боль в нижней части лица. Это вражеский линкор, несущий на себе самое тяжелое вооружение незаметно подплыл сбоку и залпом всех орудий прострелил великану щеку и расколол несколько коренных зубов. Женя сразу же выскочил из ванной и почему-то побежал в опасную комнату. Обезумев от боли и гнева, он топтал новые сооружения, махал рукой, сбивая парившие самолеты. По паркету ползли, как бронированные жуки, тяжелые танки. Их оказалось раздавить не так–то легко. Великан схватил молоток и колол их как орехи, но только уже не смеялся, а мычал в запале.

Армия разбита; но возле ножек шкафа стояли аккуратненькие домики, ярко блестевшие и манившие разрушить их поскорее, такие безобидные. Недолго думая, Женя размахнулся и стукнул по ним молотком. Тут случилось непредвиденное. Раздался взрыв, ножка сломалась и потерявший опору тяжеленный шкаф, высотой до потолка, обрушился на великана. Жене повезло в каком-то смысле: от взрыва он отлетел и шкаф не раздавил его, а лишь раздробил стопу. От шока Женя не чувствовал боли. Он пополз к себе в убежище, оставляя за собой кровавые следы. От взрыва, утроенного камикадзе рыжих, безымянный палец и мизинец пострадали очень сильно, и из изувеченных рук текло ручьем.

Женя не смог залезть на диван и оставался лежать на полу. Он поднял правую руку и с интересом смотрел на два почти оторванных пальца. «Как такое могло случиться? Возможно ли это? Я сплю и проснусь скоро, Да, будет утро. Мама и папа приедут из гостей, привезут с собой много историй, забавных и не очень. Но все равно он их станет с удовольствием слушать. И улыбаться. Больше не отвлечется, не станет смотреть по сторонам и зевать. Он любит своих родителей, любит родственников, друга Леху, приятелей, живущих во дворе, одноклассников, учителей. Даже здоровяка Жору, который постоянно издевается над ним. Все это мелочи, по сравнению с войной, даже такой маленькой, нелепой, игрушечной. Война - это плохо. Если даже ты генерал, всегда надо представлять себя на месте солдата. Нельзя вот так, не задумываясь, отдавать приказы. Как это он, великий ЗАВОЕВАТЕЛЬ, делал. В мире много всего интересного и кроме войны. Все хочется узнать, все попробовать. В следующем году он поедет на Черное море, потом еще куда-нибудь. Потом вырастет, поступит в университет, женится, станет великим изобретателем, а в армию не пойдет, не его это. Вот раньше хотел, а теперь – нет. И к Сереже с Машей приедет в следующий раз, как только представиться такая возможность. Столько всего предстоит…

Женя вернулся в реальность. Ему было очень больно, причем везде, все горело огнем. Его мутило. Окружавшее его стало нереально. Вот едет вереница танков. Останавливается недалеко от его груди, стреляет. Боль пронзает тело мальчика насквозь. Он рукой смахивает их подальше от себя. Вот летят, словно стрекозы, тяжелые бомбардировщики и сбрасывают на него пригоршни бомб. Его тело сотрясается от сотен взрывов. Женя пытается подняться; боль пронизывает руку и по дуге передается к раздробленной стопе. Женя теряет сознание.

Солнце светит в лицо. На небе ни облачка. День обещает быть хорошим. Женя открывает уцелевший глаз и осматривает пространство вокруг себя. Никого. Лишь несколько сломанных танков. Неужели все кончилось? Неужели меня оставили в покое? Пожалели? Женя вспоминает, что в этой игре в плен брать не положено – нет такой функции. Разработчики не предусмотрели такого варианта. Победа – это полное уничтожение. Он сам всегда так побеждал. Они просто исчезли. Вещь перестала работать и все – они исчезли. Женя засмеялся. Жизнь – это не игра и там может быть всякое, и правила можно менять. Он был счастлив, что жизнь гораздо более непредсказуема, чем игра, где может быть миллионы комбинаций, решений и всегда есть шанс.

Что-то, не торопясь, влетело в комнату, ярко блестя на солнце, звуча размеренно и четко. Звук тревожный и величественный. Женя узнал в этом красивом летящем творении, чуде конструкторской мысли, ядерный бомбардировщик, который спускался все ниже и ниже….


Endspiel.png



АРСЕНАЛ

Автор: Сергий Приморский

Редактор: Saurodark

Художник: Татьяна Хваловская


Текущий рейтинг: 78/100 (На основе 46 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать